Читаем Перекрестья полностью

Он договорился о встрече с сестрой Мэгги. Но она состоится попозже. А сейчас пришло время разбудить свой кселтон.

На Джеке был синий блейзер и белая оксфордская рубашка без галстука, застегнутая на все пуговицы. Войдя в храм, он воспользовался карточкой-пропуском, чтобы миновать охрану, и подошел к справочной стойке, напоминавшей те, что были в старых гостиницах.

— У меня назначена встреча для процедуры Пробуждения, — сказал он молодой женщине в мундире и добавил: — С Лютером Брейди.

Та прикрыла рот, скрывая усмешку. Джек отметил ироническую интонацию в ее голосе, когда она спросила:

— Мистер Брейди собирается лично проводить с вами Пробуждение?

— Да. — Джек посмотрел на часы. — Точно в девять. И я не хотел бы заставлять его ждать.

— О, конечно, ни в коем случае. — С трудом сдерживаясь, женщина закусила губы. Ей искренне хотелось расхохотаться. — Я позвоню наверх.

Она нажала кнопку и отвернулась, говоря в микрофон. Разговор был коротким, и, когда она повернулась обратно, улыбки на ее лице не было. Улыбку сменила бледность и изумленное выражение.

Женщина сглотнула.

— Be... Великий Паладин Дженсен сейчас спустится.

По мнению Джека, понадобится не так много времени, дабы разнесся слух, что ему в Пробуждении будет помогать сам Лютер Брейди. Через одну, максимум две наносекунды после того, как они с Дженсеном войдут в лифт, это будет известно всему зданию. А еще через несколько наносекунд новость распространится по всей империи дорментализма.

Джек не без умысла выпустил ее гулять по свету. Она придаст ему значимость, которая обеспечит доступ в места, закрытые для обыкновенных новичков.

Появился Дженсен в своем черном мундире. По пути наверх они было начали всерьез обсуждать погоду, но вдруг Дженсен сменил тему:

— Как у вас прошел вчерашний день?

— Великолепно.

— Было что-то интересное?

Ты имеешь в виду — после того, как я обрубил твой хвост, подумал Джек.

— О, масса! Я не так часто бываю в Нью-Йорке, так что прошелся по магазинам и попробовал потрясающий стейк у Питера Люгера.

— Правда? Вырезку?

— Из самого отборного филе. — Джек несколько раз обедал у Люгера и знал, какого рода классные вырезки там бывают. — Удивительно нежная.

— А что потом? Нашли девочку на вечер? Дженсен был далеко не единственным, который хотел бы применить к нему допрос третьей степени.

— О нет. Пошел посмотреть пьесу. Ее играют не в бродвейском театре, но мне ее кто-то рекомендовал. Называется «Судзуки». Слышали?

— Не берусь утверждать. Интересная?

В прошлом месяце Джиа притащила его на «Судзуки», и ему пришлось делать вид, что пьеса ему понравилась...

— Очень странная. Масса сюжетных поворотов. — Джек изобразил глубокий зевок. — И к тому же она началась после десяти часов, и я поздно пошел спать.

Это соответствовало той информации, которую Дженсен получил прошлым вечером от кого-то из обслуги «Ритц-Карлтона».

Дженсен доставил Джека на двадцать второй этаж, где у стола секретарши его уже ждал Лютер Брейди. Костюм безукоризненно облегал его сухую фигуру, и ни единый волосок темно-русой шевелюры не выбивался из прически.

— Мистер Амурри. — Брейди сделал шаг навстречу Джеку и протянул руку. — Как приятно видеть вас.

— Прошу вас, зовите меня Джейсон. Я бы ни за что на свете не отказался от такой возможности!

— Очень хорошо, Джейсон. Заходите же, заходите. — Он провел Джека в свой кабинет. — Мы проведем занятие в моих личных апартаментах...

— Правда? — Джек с непревзойденным мастерством придал голосу восторженную интонацию.

— Да. Я думаю, это придаст больше интимности и создаст доверительную атмосферу. Но прежде чем мы приступим, я должен завершить кое-какое дело, так что располагайтесь и чувствуйте себя как дома, пока я не вернусь.

Джек широким жестом обвел огромные окна:

— Да одним этим видом я могу любоваться часами.

Брейди рассмеялся:

— Заверяю вас, я буду отсутствовать лишь несколько минут.

Когда Брейди упорхнул, Джек осмотрелся в поисках вездесущих камер видеонаблюдения. Ему не удалось найти ни одной, и он понял почему: Лютер Брейди не хотел, чтобы кто-нибудь наблюдал за его встречами, записывал каждое его слово, каждый жест.

Отвернувшись от окон, Джек оказался лицом к противоположной стене. Таинственный глобус скрывался за сдвигающимися стальными панелями. Джеку хотелось взглянуть на него. Джейми Грант что-то упоминала о кнопке на столе Брейди.

Подойдя к нему, Джек внимательно изучил обширную столешницу красного дерева. Никакой кнопки не видно. Обойдя стол, он уселся во вращающееся кресло Лютера Брейди красной кожи, с высокой спинкой. Может, у него где-то есть пульт дистанционного управления.

Боковые тумбы стола представляли собой ряды ящиков. Джек быстро просмотрел их. Большая часть заполнена бумагами, ручками и блокнотами. Каждый лист украшен броской надписью «Из мыслей Лютера Брейди», набранной причудливым геральдическим шрифтом.

Сплошная ерунда.