Читаем Переходы полностью

Минуло несколько месяцев, и я наконец пришел к выводу, что за рукописью никто не явится. Судьбе было угодно, чтобы она оказалась у меня. Я решил, что требование Баронессы более не в силе. Раз рукопись — пусть и с оговорками — принадлежит мне, я волен ее прочитать. В лихорадке нетерпения, в один присест, в зимнюю ночь столь студеную, что Сена покрылась льдом, я проглотил все три истории в том порядке, в котором их обнаружил. Первая, «Воспитание чудовища», по всей видимости, представляет собой рассказ, написанный Шарлем Бодлером, хотя иных упоминаний об этом произведении нет ни в одном источнике, если не считать краткой записи в дневнике поэта. Почерк, впрочем, выглядел подлинным, в отличие от самого рассказа — почему именно, читателю станет ясно в дальнейшем. Вторая история, «Город призраков», — своего рода триллер-нуар; действие его происходит в Париже, а написан он, по всей видимости, вскоре после 1940 года: «Воспитание чудовища» является центром сюжета. Третья история, «Сказания об альбатросе», — из всех самая странная: похоже, это автобиография некой бессмертной чародейки.

Дочитав истории, я в мягком свете первой зари приступил к работе. В итоге я выбрал обычный непримечательный переплет, использовав лошадиную кожу, которую во Франции называют «кожей печали», пурпурного цвета. Я не сомневался в том, что имею дело с ценной и даже бесценной рукописью — как и утверждала Баронесса. Однако обстоятельства, при которых рукопись ко мне попала, наводили на мысль, что привлекать к ней лишнее внимание не следует.

Переплетенную рукопись прочитала и моя жена. Она, впрочем, увидев частоколы цифр, нацарапанных на первой странице, сразу сообразила, что это указание на альтернативную последовательность страниц, которой мы дали название «пагинация Баронессы». Жена, в свою очередь, прочла рукопись, руководствуясь этой альтернативной пагинацией. Закончив, убедила и меня прочитать в той же последовательности. К величайшему моему изумлению, передо мной оказалась совсем иная книга, не сборник рассказов, а единый роман, причем весьма необычного свойства. Книга, однако, уже была переплетена, и, с учетом древности и хрупкости ее листов, мы пришли к выводу, что «Переходы» следует оставить в том виде, в каком они ко мне попали — в таком попадут они и к тебе, любезный читатель. Тебе самому решать, читать ли книгу как собрание относительно самостоятельных рассказов или как единый связный текст.

Обстоятельства смерти писателя Вальтера Беньямина (родился в Берлине в 1892 году, скончался в испанском Портбоу в 1940-м) известны хорошо. Беньямин бежал из Парижа в середине июня — возможно, в тот самый день, когда в город вошла немецкая армия, провел два месяца в Лурде, городе паломников в Пиренеях, потом добрался до Марселя в надежде отплыть оттуда в Америку. Не преуспев, вернулся в середине сентября в Пиренеи и присоединился к небольшой группе немецких евреев, которые рассчитывали незаконным образом пересечь испанскую границу.

В рыбачьей деревушке Портбоу группа оказалась двадцать шестого сентября, и поначалу во въезде в страну им отказали. Беньямину — он окончательно пал духом, поскольку знал, что его ищут нацисты, — объявили, что на следующий день его насильственно отправят назад во Францию. В ту же ночь в гостиничном номере он принял летальную дозу морфина. На следующий день его попутчикам необъяснимым образом дали разрешение остаться в Испании.

После войны пошли слухи, что на момент смерти у Беньямина была при себе рукопись, которая потом таинственным образом исчезла. По словам очевидцев, которые с ним совместно совершили переход через горы, у Беньямина был при себе кожаный портфельчик (единственный его багаж). На вопрос, что в нем, он ответил, что там рукопись, которая ему дороже собственной жизни. После войны, по мере упрочения репутации Беньямина, все чаще звучали рассуждения по поводу этой рукописи и ее содержания.