Читаем Перекати-поле полностью

— Он объяснил мне, что слышал от своей тети про то, что я ее потеряла, — продолжила Бетти, — но я сама не понимаю, когда я могла ей об этом проговориться.

По спине у Деке пробежал холодок, и он подумал, что Бетти, похоже, почувствовала то же самое.

— Трей по-прежнему собирается уезжать от вас завтра утром?

— Насколько я поняла со слов отца Джона, именно так он и планирует.

Значит, утром. Времени останется не так уж много.

— Я должен еще раз попросить вас о том, чтобы этот разговор остался между нами, пока не дам вам знать, что можно говорить, — сказал Деке. — Обещаете?

— Обещаю, — заверила его Бетти, — но вы пугаете меня, шериф.

— Я знаю, Бетти, но тут уж ничего не поделаешь. Спасибо за помощь.

Он повесил трубку. Кольцо сжималось. Единственная проблема состояла в несостыковке по времени. Деке снова и снова по памяти перебирал свои записи (которые по-прежнему лежали в коробке для вещественных доказательств под надзором у Рэнди), пытаясь сообразить, что он упустил. Оставалось непонятным, как Трей и Джон могли встретиться с Донни после того, как тот вернулся с репетиции оркестра. Но он выяснит это, обязательно выяснит. Он закрыл свой блокнот. Пора было отправляться на мессу.

Когда Деке был уже у двери, его вдруг осенило, да так, что от волнения задрожали ноги. Боже, благослови Америку! Он нарушил главное правило полицейского: ничего не строить на предположениях. Он вернулся за стол и принялся рыться в ящиках, пока не нашел телефонный справочник округа. Фамилию человека, с которым они пересекались во время прошлого расследования этого дела, он точно не помнил, только первую букву, но надеялся, что вспомнит, когда увидит ее в списке абонентов на букву «П». Может быть, он до сих пор живет в Дэлтоне. Ах да, ну конечно, вот и он: Мартин Пиблс, руководитель оркестра школы Дэлтона. Деке помнил этого жеманного молодого человека, занятого исключительно собственной персоной и явно обиженного, что приходится тратить свое драгоценное время на всякие там допросы. Удача продолжала улыбаться Деке. После бесконечно тянувшихся шести звонков в трубке Мартин Пиблс наконец ответил и очень долго расспрашивал его, стараясь убедиться, что Деке действительно тот, за кого себя выдает, тратя уже драгоценное время бывшего шерифа, которого и так было слишком мало. И все-таки Деке удалось переключить внимание Пиблса на интересующий следствие день.

— Хм-м, четвертое ноября… Да, я хорошо помню тот день.

— Вы не скажете, был ли Донни Харбисон на репетиции марша вашего оркестра после школы? Я знаю, что на вашем последнем уроке он был, потому что в журнале нет отметки о его отсутствии. Но присутствовал ли он на репетиции марша?

— Одно уточнение, мистер Тайсон, — ответил Пиблс. — Донни не был на последнем уроке.

Деке с силой сжал телефонную трубку.

— Что? Но ведь отметки о его отсутствии нет. Вы в этом уверены?

— Конечно, уверен. Дату рождения собственного ребенка вряд ли забудешь. В тот день мою жену забрали на преждевременные роды, и я на последнем уроке не был, оставив ребят на попечение своего помощника из числа учеников, а старшеклассников отпустил, отменив репетицию марша.

— Почему же вы не дали мне эту информацию тогда, когда я вас об этом спрашивал? — взорвался Деке.

— Потому что, шериф, вы спрашивали меня об этом не так. Я думал, что вы хотите узнать, не прогуливает ли Донни репетиции оркестра, и я ответил вам, что он не пропустил бы их ни за что на свете.

Деке рухнул в кресло, так что из груди вышибло дыхание. Ну вот и отсутствовавшее звено. Последний фрагмент он получит сегодня, а потом побеспокоит Чарльза и Рэнди в пятницу вечером, как бы им ни было досадно, и настоит на встрече с ними в криминалистической лаборатории Амарилло. Он не успокоится, пока отпечатки «Y» из коробки с вещественными доказательствами не будут сравнены с отпечатками, которые добудет сегодня вечером. Ему было печально это сознавать, но он был уверен, что в результате его усилий будет поставлен на место последний фрагмент этой головоломки.

Кэти бросила взгляд в зеркало и натянула ярко-синий, в тон ее сарафану, кардиган. Трей любил, когда она одевалась в синее. Она снова посмотрела на часы. Уже половина шестого. Наконец-то! Время идти. Ей казалось, что этот момент вообще никогда не наступит, но она должна быть уверена, что Джон сейчас по пути на мессу и не увидит ее, когда она приедет в Дом Харбисонов, чтобы поговорить с Треем. Кэти рассчитывала, что в доме в это время будет относительно спокойно, поскольку Лу и большинство детей тоже отправятся на мессу. Передняя дверь у них никогда не запиралась, пока не приходило время укладываться спать. Если Бетти в кухне, а дети смотрят телевизор в комнате, у нее будет возможность потихоньку проскользнуть внутрь и, поднявшись по лестнице в комнату для гостей, выполнить задуманное так, чтобы ее никто не видел и не слышал. Потом, когда Трей исчезнет, никто не сможет рассказать Джону, что она была здесь, если только не заметят ее машину перед домом.