Читаем Перегрузка полностью

— Благодарю, — кивнул Ним, — я ценю преданность.

— Особенно сейчас, — добавила Леа, — когда выяснилось, что в своих прогнозах ты не ошибся.

— Эй! — воскликнула Руфь. — Твоя риторика приносит плоды.

Леа зарделась от удовольствия. Было воскресное утро, и вся семья собралась в спальне Нима и Руфи. Руфь все еще оставалась в постели и только что покончила с завтраком, который ей принес на подносе Ним. Он встал пораньше, чтобы приготовить любимое блюдо всей семьи — яичницу с ветчиной. Два дня назад Руфь прилетела из Нью-Йорка после второго курса лечения в институте «Слоун Кеттеринг». Лицо ее оставалось бледным, а под глазами были темные круги. Руфь призналась, что испытывает небольшую боль — явно побочный эффект после процедур. Те же ощущения были у нее и в прошлый раз. Она явно устала. Прошло еще слишком мало времени, чтобы делать вывод об эффективности лечения. В любом случае через три недели ей предстояла еще одна поездка в Нью-Йорк. Однако Руфь бодрилась. Врачи, с которыми она беседовала, с надеждой говорили о полном выздоровлении. Ним, в свою очередь, рассказал ей, что начиная со среды электроэнергия будет периодически отключаться. В их доме — тоже.

— Нет проблем, — заметила Руфь с характерным для нее спокойствием. — Все спланируем заранее. Приспособимся. Да и мама будет приходить, помогать. Даст мне отдохнуть. Послушай-ка. — Внимание Руфи привлекла редакционная полоса газеты «Кроникл Уэст». Она стала читать ее вслух.

— «Энергетическая борьба. Наша газета, стараясь быть честной и откровенной в своем мнении, признает, что по-новому осмысливает ряд позиций, которые мы занимали в прошлом. Как и многие другие, мы противились интенсивному развитию ядерной энергетики. Обеспокоенные реальностью загрязнения атмосферы, мы связывали себя с оппозицией угольным электростанциям. Мы поддерживали тех, кто сопротивлялся строительству дополнительных дамб для гидроэлектроэнергетических проектов под предлогом того, что живой природе, особенно рыбным запасам, может быть нанесен ущерб. Мы с сомнением относились к проектам возведения геотермальных установок, опасаясь, что они могут нарушить экономику традиционных зон туризма.

Мы не извиняемся ни за одну из этих позиций. Наши взгляды на эти проблемы были и остаются неизменными. Но в целом мы вынуждены признать правоту энергетических компаний Калифорнии, когда они утверждают, что у них связаны руки. По этой причине они не в состоянии удовлетворить наши потребности в энергии. Вместо того чтобы идти на разумные компромиссы там, где это следует, мы почти во всех случаях говорили „нет“. Давайте вспомним об этом, когда в следующую среду погаснет свет.

Вероятно, мы заслуживаем того, что получили. Устраивает это нас или нет, но наступило время для серьезной переоценки некоторых укоренившихся взглядов, как наших собственных, так и противоположных».

— Вот! — Руфь отложила газету в сторону. — Что вы думаете об этом?

— Думаю, им следовало упомянуть папу, — сказал Бенджи.

Руфь нежно потрепала его по голове.

— Хм, похоже на извинение, — прокомментировал Ним. — Да вот только опоздали они с ним лет на пять.

— А мне все это вообще неинтересно, — ответила Руфь. — Хотя должно было бы интересовать, да вот нет. Все, что меня волнует сейчас, так это моя семья. И я люблю вас всех.

* * *

Днем, несмотря на то что было воскресенье, Ним поехал на работу. Дел было невпроворот. На рабочем столе его ждал целый ворох бумаг. Сейчас, когда до регулярных отключений оставалось всего три дня, энергокомпания вступала в новый, пока неизвестный этап своего развития. Главный диспетчер энергосистемы, к которому заглянул Ним, сформулировал эти ожидания следующим образом:

— Мы предполагаем, что все пойдет гладко по мере наших сил и возможностей. Но всегда есть какой-то фактор n, мистер Голдман, учитывающий воздействие неожиданности. Я не раз попадал в чрезвычайные ситуации, поэтому знаю, что сюрприз может поджидать нас где угодно и в любой момент.

— Но ведь этот фактор неожиданности у нас уже давал о себе знать, — заметил Ним.

— Тем не менее всегда есть место для еще одной неприятности, мистер Ним, а иногда и для двух, — бодро проговорил диспетчер. — Во всяком случае, я так думаю.

Позже, по дороге домой, Ним размышлял о предстоящей неделе, диспетчере и его факторе n.