Читаем Перегрузка полностью

— Это не шутка. — В голосе Молино послышалась мольба. — О, ради Бога, поверьте мне! «Друзья свободы», эти подонки, заложили бомбы, замаскированные под огнетушители. Забирайте жену и детей…

Слова «Друзья свободы» убедили его. Он подумал об отеле, заполненном участниками съезда.

— А как же другие?

— Объявлена тревога. Торопитесь!

— Хорошо!

— Увидимся на улице, — сказала Нэнси, но ее слова Ним уже не слышал. Швырнув телефонную трубку, он стал трясти Руфь за плечи.

Уже через несколько минут сонных, ничего не понимающих, еще в пижамах, плачущих детей и жену Ним вывел из номера. Он направился к пожарной лестнице, хорошо понимая, что нельзя пользоваться лифтами: если они выйдут из строя, можно оказаться в ловушке. Когда семья стала спускаться с двадцать шестого этажа, с улицы донеслись звуки сирены. Сначала едва слышные, потом все громче. Они успели спуститься на три этажа, когда по всему отелю разнесся пронзительный сигнал пожарной тревоги.

Это была ночь отважных и героических поступков. Некоторые прошли незамеченными, другие обратили на себя внимание.

Эвакуация отеля проходила быстро и в основном спокойно. Полицейские и пожарные без задержки продвигались по этажам. Они стучали в двери, кричали, подгоняли людей, предупреждая, чтобы никто не пользовался лифтом. С помощью персонала отеля они открывали двери, чтобы проверить номера, в которых не отвечали на стук в дверь. Все это время не переставая звучал сигнал пожарной тревоги.

Кое-кто из постояльцев стал протестовать и скандалить. Горстку особо воинственно настроенных удалось охладить только угрозой ареста, после чего они, подчинившись, стали спускаться вместе со всеми. Мало кто, если вообще были такие среди проживавших в отеле, точно представлял себе, что реально происходило. Но они ощущали нависшую опасность, поэтому действовали быстро, надевали лишь минимум одежды, оставляя вещи в номерах.

Один мужчина, спросонку подчинившийся отданным приказаниям, добрался уже до двери на лестницу на своем этаже, когда понял, что он совсем голый. Улыбающийся пожарный разрешил ему вернуться, чтобы надеть брюки и рубашку.

Эвакуация была в самом разгаре, когда на трех грузовиках с включенными сиренами прибыл специальный отряд полиции в полном снаряжении. Саперы рассредоточились по всему отелю и быстро, но тщательно проверяли каждый попавшийся им на глаза огнетушитель. Если возникало подозрение, что в огнетушителе заложена бомба, вокруг него затягивали веревочную петлю, затем, опуская ее понемногу, саперы-взрывники расходились как можно дальше в разные стороны. Убедившись, что в опасной зоне нет людей, дергали за веревку, в результате чего огнетушители опрокидывались. Как правило, такой манипуляции оказывалось достаточно, чтобы взорвать мину-ловушку. Тем не менее взрывов не последовало, и после каждой такой проверки огнетушители выносились на улицу. Это было связано с огромной опасностью, однако, учитывая сложившиеся обстоятельства, приходилось идти на этот риск. На улице грузовики быстро увозили огнетушители с зажигательной начинкой к дамбе, расположенной в пустынной части берега, и там сбрасывали в воду.

Вскоре после того, как специальный отряд полиции приступил к операции, к нему присоединилось армейское подразделение, состоявшее из полудюжины офицеров и сержантов, помогавших ускорить обезвреживание бомб. Через двадцать минут после объявления тревоги стало ясно, что эвакуация происходит даже быстрее, чем ожидалось. Выросли шансы вывести из отеля основную массу людей до трех часов ночи.

К этому моменту все улицы, ведущие к отелю, были забиты машинами пожарных, полиции, «скорой помощи» со световыми сигналами. Только что подрулил огромный фургон, принадлежащий городской аварийной службе. В нем прямо на месте событий располагался командный пост. До этого уже прибыли два сверхмощных грузовика «ГСП энд Л». Экипаж одного остался на месте на случай возникновения проблем, связанных с энергоснабжением, другой стал перекрывать подачу газа по уличной магистрали.

На место событий прибывало все больше представителей прессы, телевидения и радио. Они нетерпеливо задавали вопросы любому, кто мог что-либо сказать по сути происходящего. Две местные радиостанции передавали прямые репортажи с места событий. Новость уже стала международной: «Ассошиэйтед пресс» и ЮПИ распространили сводки по всей стране и за рубежом.

В центре всеобщего внимания была Нэнси Молино. Ее окружала группа из нескольких полицейских детективов, специальный представитель ФБР и молодой помощник прокурора округа (он был в списке, находившемся в оперативном центре полиции). Нэнси отвечала на все вопросы, на какие только могла. Однако она уходила от ответа на вопрос о двух кассетах, которые, согласно договоренности, были у нее изъяты. Она пообещала суровому, почти угрожавшему ей помощнику прокурора, что ему их передадут в течение двух часов.