Читаем Передышка полностью

Когда препарат должен был подействовать, я попытался изобразить пробуждение, удивление и зачатки паники. Не знаю насколько мне это удалось, но, похоже, мне поверили, скорей всего потому, что не ожидали подвоха.

– Вы кто? – спросил я мужчину лет сорока-сорока пяти, с резким, волевым лицом, бесстрастным, как гипсовая маска. Лицо было обрамлено короткими, местами преждевременно поседевшими, на вид острыми и колючими, как иголки у ели, волосами, стрижеными под полубокс. Мужчина не отвечал, продолжая молча смотреть на меня. Его оценивающий взгляд вызывал у меня нервозность и желание действовать. Я подавил в себе зарождавшуюся панику и сделал свой ход. Зевнул во все тридцать два зуба и затем устроил потягушки, при этом постоянно зевая. Не забывая юзать[35] досье, которое Умник, скинул мне на моего, так сказать, собеседника. В досье бывшего майора Матвея Ланскова было все стандартно: школа, армия, спецподразделение МВД. Увольнение за нарушение субординации, проще говоря, дал в морду своему начальнику, подробности происшествия пока нарыть не удалось. Уволился с волчьим билетом. Три месяца назад стал работать на частную военную компанию "Ангел-хранитель". Специализация – спецоперации. В целом досье произвело на меня приятное впечатление. Поэтому я решил, сначала поговорить, а потом уже действовать.

– Нет, – произнёс я, дробя тишину на тысячи осколков.

– Что нет? – удивился незнакомец.

– Не дам я вам свою программу.

– У меня этот вопрос на лице написан? – удивился он.

– Это логично. Вскрыть украденный компьютер не удалось. Вирус уничтожил программу.

– И не только программу, – радостно вмешался Умник, – Попутно мы вывели из строя всю сеть данного подразделения МВД, они до сих пор её "поднять" не могут, а заодно получили доступ к большому количеству данных. Трояны распространяются со скоростью геометрической прогрессии.

– Ваш заказчик в цейтноте, и ему крайне важна написанная мной программа. Иначе вы не решились бы на столь радикальные меры, как похищение ребёнка. Следовательно, пока эта программа здесь, – я постучал себя по лбу, мне ничего не угрожает.

– А почему ты решил, что нам что-то от тебя нужно? – спросил меня.

– Вы меня совсем за дурака не держите, если бы вам от меня ничего не нужно было, вы бы меня не похищали.

– Да кто тебя похищал? Так, пригласили на разговор.

– Очень вежливое приглашение, – сказал я, стараясь вложить в эту фразу максимум сарказма, при этом демонстративно поглаживая шею.

– Майор у вас – цугцванг.

– Что прости?

– Не надо принижать свой IQ, я осведомлён, что вы неплохо играете в шахматы.

– Откуда?

– Ну, да, шахматы, покер и преферанс – три кита курсантского досуга.

– Ах, да как же, помню. Покер учит управлять своими чувствами, преферанс – внимательности и осторожности, а шахматы – логике.

– Тут я с вами не согласен. Шахматы вырабатывают привычку убивать.

– Похоже, нам пора уходить. У наших хозяев нарисовались злые и незваные гости, – вклинился в наш разговор Умник.

– Много?

– На данный момент фиксирую три группы по семь человек в каждой.

– Время до часа ИКС?

– Не менее четырёх, не более семи минут.

– У меня к тебе вопрос, – сознательно фамильярно обратился я к главарю своих похитителей. – Вы тут по личной инициативе или заказ выполняете от вашей военной компании?

– А что это меняет?

– Для меня ничего, а вот для вас очень многое….

Мой собеседник внимательно посмотрел на меня, предлагая продолжать. Я не стал его разочаровывать.

– Договоримся так, я спасаю ваши головы, и вы будете мне должны. После моей фразы повисло молчание. Ни я, ни мой собеседник не планировали его прерывать первыми. Такая своеобразная борьба нервов. Я не спешил, пару минут в рукаве у меня ещё есть.

– А ты мне нравишься, – сказал мой собеседник, нависая надомной.

– Поэтому хватит пустых слов, перейду сразу к делу. У меня есть предложение, которое устроит обоих. Ты даёшь мне флешку с программой, а я тебя отпускаю.

Я грустно покачал головой.

– Всё-таки, ты недооцениваешь меня, считаешь неразумным ребёнком – я сознательно перешёл на "ты", чтобы мои слова для собеседника звучали убедительней.

– Тебе не о программе думать надо, а о том, как вам остаться в живых, – перехватив его удивлённо-вопрошающий взгляд, продолжил: