Читаем Передышка полностью

Князев Николай Валентинович, 1987 года рождения, город Москва. Старший лейтенант ФСБ. Окончил Оболенский филиал "Московского пограничного института Федеральной службы безопасности Российской Федерации". Отслужил три года на китайской границе в районе Благовещенска, после чего был переведён в УФСБ России по г. Москве и МО. Причины перевода не выявлены.

– Пробей родственников жены, а я пока на второго досье прочту.

Фролов Алексей Юрьевич, 1992 года рождения. Лейтенант ФСБ. В 2014 году закончил следственный факультет институт подготовки оперативного состава (ИПОС) Академии ФСБ России. Отец Юрий Михайлович Фролов – полковник инспекторского управления Контрольной службы ФСБ.

– Ну, с этим всё ясно.

– Ты оказался прав, отец жены, полковник СЭБ (Служба Экономической Безопасности). Как ты догадался?

– Достаточно почитать интервью некоторых генералов, именующих свою организацию не иначе как – "новое дворянство", чтобы всё стало ясно.

– Готов поспорить на что угодно, что у самого борзого нашего "гостя" папа – генерал, не меньше, и тоже работает в конторе.

– Я даже не удивлён.

Баринов Михаил Евгеньевич, 1987 года рождения. Капитан ФСБ. В 2012 году закончил следственный факультет Институтв подготовки оперативного состава (ИПОС) Академии ФСБ России. Отец Евгений Сергеевич Баринов – генерал-майор, заместитель руководителя ДКРО (Департамент контрразведывательных операций) Службы контрразведки.

– В свете последних данных приходится менять тактику и стратегию. Для начала нужны одноразовые шприцы и колонии моих наноботов. Пусть похитители поработают ходячими микрофонами. Конечно, процесс не отлажен, и пока такая возможность доказана только теоретически. Но тем интересней будет практическая составляющая эксперимента, который я собираюсь поставить.

* * *

Евгений Баринов быстро пересёк приёмную и открыл дверь, на которой золотыми буквами на чёрном фоне было написано: вице-губернатор Московской области Б.И. Коган. Эта надпись не внушала Евгению Сергеевичу ни трепета, ни страха. Она у него не вызывала никаких чувств. Бывал он в кабинетах птиц куда более высокого полёта. Тем более после смерти Андреева, поставившего Когана на эту должность, положение хозяина кабинета стало шатким, кресло под ним зашаталось и в любой момент могло сменить хозяина. Поэтому в кабинет он входил не как проситель, а скорей как клиент, пришедший требовать неустойки у нерадивого продавца. Несмотря на ранний час, всего 11 утра, Коган был на работе и даже на рабочем месте.

– Что-то случилось, Евгений Сергеевич? – поинтересовался вице-губернатор, застигнутый за процессом дегустации бутылочки "Камю"

– Собственно ничего особенного Борис Игоревич, за исключением того факта, что вы дали не полные сведения по объекту. А самое главное – не сообщили мне о вашем личном интересе в этом деле.

– Да какой личный интерес. Вы же знаете, я к строительному бизнесу отношения не имею. В отличие от губернатора, у которого аффилированная строительная компания имеется, "Самострой лимтед", которую он контролирует через своего двоюродного брата. Вот у неё компания нашего подопечного пару раз увела очень выгодные, а главное имиджевые заказы. Поэтому захотелось понять, кто такой прыткий – "юноша бледный со взором горящим" или за ним фигуры посерьёзней имеются. Так что ничего личного, только служба, – подытожил Коган свой спич рюмочкой "Камю". После чего разу же налил по новой.

– Вам, Евгений Сергеевич, не предлагаю. Знаю, до обеда Вы не употребляете, – проявил он свою осведомлённость.

– Так что случилось такого, что вы лично пришли ко мне предъявлять претензии, по поводу просьбы губернатора? – лениво уточнил вице-губернатор.