Именно подобные люди вычитали в праджняпарамитских сутрах, что чтение текстов не важно. Важно всматривание в собственную природу. С энтузиазмом взявшись за выполнение директивы, они начали с того, что принялись уничтожать сами сутры.

Как раз в те годы, когда в Европе свирепствовала ересь иконоборцев, китайские чань-буддисты начинают жечь старинные рукописи и изображения Будд.

Учитель Линь-цзи призывал своих учеников совершить «пять деяний, ведущих к Освобождению»: убить отца, убить мать, пролить кровь Будды, нарушить порядок в общине и сжечь священные писания.

Упоение свободой заводит чаньских монахов далеко.

Однажды монахи Восточного зала спорили по поводу кота. Схватив кота, наставник Нань-цюань сказал:

— Монахи, если вы сможете произнести чаньское слово, то я пощажу кота. В противном случае я его убью.

Ни один из монахов не смог ничего сказать, и тогда Нань-цюань разорвал кота. Вечером, когда Чжао-чжоу вернулся в монастырь, Нань-цюань поведал ему о случившемся. Чжао-чжоу снял сандалии, положил их себе на голову и вышел вон.

Нань-цюань сказал:

— Если бы тогда он был здесь, то кот остался бы в живых!

Типичным приемом обучения в чань-буддизме становятся внезапные вопли, удары палкой, оплеухи, дерганье за нос и затрещины. Знаменитый мудрец Цзюй-чжи пошел еще дальше и в качестве ответов на абстрактные вопросы просто рубил ученикам пальцы.

Рассказы о подобных выходках заканчиваются, как правило, выводом: «И тогда ученик вдруг достиг просветления!» В этом «вдруг» — вся эпоха. Жадные до знаний, ощущений, мудрости буддисты нового поколения не желают ждать. Им нужно все и сразу.

Впрочем, преувеличивать масштабы процесса не стоит. Один из современных исследователей буддизма указывал:

Столь парадоксальным способом представители этого поколения буддистов выражали скорее почтение к сутрам. Однако, по их мнению, почтения достоин лишь дух, а не буква.

Уничтожая статуи и сутры, они противопоставляли свое отношение бездумному поклонению, имевшему место в предшествующие эпохи, но, продемонстрировав непринятие традиции и собственную свободу от условностей, монахи снова собирались перед статуями Будды и вслух читали сутры.

Быстро достигнув расцвета, китайский буддизм столь же быстро встретил противодействие со стороны даосов и конфуцианцев.

Ровно в том году, когда на другой стороне Евразии было побеждено иконоборчество, на буддистов Поднебесной обрушиваются гонения.

Проведенная компания получила название «Великое Преследование». Официальный доклад так описывал результаты первого года антибуддийских акций:

Разрушено 40 000 храмов и алтарей. Конфисковано несколько десятков миллионов цинов плодородных земель.

150 000 рабов было передано государству.

Гонения были инициированы образованной придворной знатью. Точно такие же индивидуалисты и знатоки древней учености, как и их оппоненты, конфуцианские придворные вдруг начали выражать недовольство тем, что в Поднебесной процветает буддизм — чужеземная и еретическая доктрина.

Гонения продолжались всего около трех лет — с 842 по 845 год. Даже этого новорожденным буддийским «верхам» оказалось достаточно. Большинство школ китайского буддизма так и не смогло оправиться от нанесенного удара.

Тем не менее семена религиозного индивидуализма, посеянные новым поколением китайских буддистов вскоре дали обильные плоды.

4

Подведем промежуточные итоги.

Конец VIII — начало IX века по Р.Х. стали границей, разделившей два мира. В каждом из трех рассмотренных нами регионов независимо друг от друга, но практически одновременно начинается любопытный процесс.