– Господа селяне, спасибо вам за вашу помощь! А теперь идите к сельскому лекарю, пусть он вас долечит! А господин сыщик сам справится! Если что – мы ему поможем!

Староста глянул на Мерлена и тот лишь кисло скривился. Староста кивнул рукой мужикам, и те побрели со двора, придерживая друг друга. И лишь когда вышли за ворота, Ирина сказала всё так же весело:

– Шаман подвесил прелюбопытное заклинание отражения. И любой, кто выстрелит в него или ударит, получит сам свою пулю или удар. Вы, по сути, сами в себя стреляли, – захохотала опять и сообщила сквозь хохот: – Хорошо хоть стрелки из вас, как из г… грязи пуля!

Дырн тоже хмыкнул, а Бобо заухал довольно. Мерлен скривился ещё больше и спросил ехидно:

– И кто же тогда шамана застрелил?

– А господин Пентюх! – Ирина ткнула в меня рукой, и я застыл, боясь пошевелиться. Посмотрел испуганно на девушку, пытаясь понять, не шутит ли. Но та и не думала шутить. Произнесла, мне кажется, с уважением в голосе: – Он один сразу разобрался что к чему, и выстрелил в себя. Естественно, заклинание отражения пулю выкинуло в шамана. Я бы, конечно, выстрелила себе в руку или ногу, чтобы шамана ещё и допросить можно было, но Семён Петрович решил не мелочиться! С другой стороны, если ни у кого из вас магических навыков нету, то вам и с раненым шаманом не справиться бы было. Потому, сделал он всё абсолютно правильно.

Сыщик с удивлением посмотрел на меня и спросил:

– Это правда, господин Пентюх? Вы выстрелили в себя?

Я лишь молча головой кивнул. Мне стыдно было признаться, что произошло это абсолютно случайно, и что в иной ситуации я просто вышиб бы себе мозги. Впрочем, сыщика это мало волновало. Он подумал немного и сказал:

– Предлагаю двести пятьдесят рублей оклад! Больше дать не могу, клянусь! Переходите в наше управление, не пожалеете.

Я обещал подумать, а Ирина спросила Мерлена:

– Дом обыскивать будете, господин Железный?

– Откуда вы меня знаете? – спросил сыщик, и девушка засмеялась вновь: – Да кто ж вас не знает, Мерлен Петрович? Ваш портрет каждый месяц в Ведомостях выходит!

– Действительно, – прокашлялся Железный, встал с земли, отряхнул здоровой рукой штаны и пошёл по крыльцу вверх, кивнув мне: – Семён Петрович, займёмся обыском! Это наша задача, а не всяких там девиц… изыскателей!

– Но посмотреть на работу такого известного и великого сыщика мне дозволено будет? – улыбнулась ему Ирина, и я даже задохнулся от гнева. И понял вдруг, что я её ревную. К франту этому с тоненькими усиками. Ишь, как описывает! «Работа известного и великого сыщика»! зато Мерлена её улыбка вовсе обезоружила. Он кивнул коротко головой, каблуками щёлкнул и проговорил галантно:

– Если это вам доставит удовольствие, сударыня!

– Конечно, доставит! – захлопала в ладоши Ирина и пошли вместе с нами в дом, перешагнув через труп шамана.

Дом мы с сыщиком обыскали тщательно. Нашли денег немного, какие-то украшения ювелирные. Сыщик всё это перечислял, а я старательно записывал. А потом нашли целый арсенал с оружием. Штук десять ружей и столько же револьверов. А ещё десяток всяких сабель. А одно ружьё меня прямо поразило, так что я застыл перед ним. Я оружия не любил никогда, а тут уж понял, что его и полюбить можно. Ружьё было не очень большим, но красивым. С резным прикладом и блестящим металлом, исчерченным узорами.

Глава 15. Опять в неприятности

Мерлен Железный, увидев, что я уставился на ружьё, пробормотал:

– Если нравится – забирайте, Семён Петрович. Всё равно пойдёт, как конфискованное. Лет пять будет ржаветь на складах, а потом продастся за копейки. Я лично себе присмотрел вот этот револьвер-с, и саблю ещё. Инкрустированную! – сыщик ловко снял саблю и револьвер со стены, да засунул в свой вещевой мешок.

– А так разве можно? – пробормотал я.

– Вы их в описи не указывайте, господин Пентюх, всего и делов! – Железный здоровой рукой похлопал меня по плечу, – Ещё и закон есть о десятой части убитого разбойника, как о трофеях. Вы в любом случае ружьё получите по закону, как трофей. Но представьте, какая это морока и вам и чиновникам? Вы пишете прошение в земскую управу. Она отправляет в губернию. Там проверяют всё и отправляют на доработку назад в уезд. И теперь уже полицейское управление уезда должно доработать и вновь отправить в губернию. Те после двух-трёх доработок, погоняв документы из Бирюля во Вронжск и обратно отправят в столицу. А там…

– Дайте угадаю, – засмеялась Ирина: – Вернут на доработку в губернию?

– Совершенно верно, – сыщик даже пальцами щёлкнул, – И тоже два-три раза-с. Ибо инструкции и формуляры! Итого года три-четыре ждать надо-с. И выдадут вам ваш трофей ржавый и уже ни к чему не годный, ибо храниться всё это время он будет в подвале уездного полицейского управления, где никто за ним не станет ухаживать!

– Семён, бери ружьё, – Ирина сама сняла со стены понравившуюся мне вещь и решительно протянула, – Шикарная пятизарядная винтовка! Калибр – семь, шестьдесят два! Бой – точный! Прицельность – аховая!