Читаем Пеллюсидар полностью

- А ты не указывай, что мне делать! - завопила она. - Я уже по горло сыта твоими указками!

- Врежь ему, матушка! - заорал мальчик лет одиннадцати. Он даже пританцовывал от возбуждения, а на лице у него было выражение живейшего восторга перед семейной сценой.

Болал перепрыгнул через очаг и отвесил своему брату здоровенную оплеуху. Тот отлетел в сторону и врезался в стену.

- А ну заткни свою пасть, Данг, если не хочешь, чтобы я тебя скинул в пропасть, - угрожающе прошипел Болал.

Только последний член семьи - юная девушка, едва начавшая превращаться в женщину, - не принимала участия в возникшей сваре. Она сидела, прижавшись к скале, и молча глядела на разыгрывающуюся сцену.

- Почему ты сидишь здесь и ничего не делаешь, Гура? - обратилась вдруг к ней женщина. - Ты позволяешь им нападать на свою мать и даже пальцем не хочешь шевельнуть в ее защиту!

- Но на тебя же никто не нападает, матушка, - со вздохом отозвалась девушка.

- А вот я сейчас нападу! - в бешенстве заорал Скерф, хватая лежащую рядом с ним дубину. - Я сейчас башку ей расшибу, если она не поторопится с едой! И если не заткнет свою грязную пасть! - добавил он, вращая дубинку над головой.

В этот момент перед входом в соседнюю пещеру раздался истошный вопль. Семейство вождя, забыв на мгновение о своих раздорах, как по команде обернулось на крик. Там разыгрывалась другая семейная сцена. Мужчина держал женщину за волосы и безжалостно лупил ее палкой. Женщина истошно орала. Несколько детей, стоя в отдалении, бросали камни сначала в своих родителей, а потом друг в друга.

- Эй, врежь ей как следует! - закричал Скерф.

- Выцарапай ему глаза! - вторила ему Слоо.

Семейные передряги отошли на второй план, и все теперь с интересом наблюдали за соседней дракой. Танар тоже наблюдал за происходящим, но на душе у него была горечь и отвращение. За всю свою жизнь он никогда не сталкивался в своей стране с подобными семейными отношениями. А в сравнении с жителями Амиокапа, недаром прозванного островом любви, эти аборигены выглядели просто какими-то дикарями.

- Не обращай внимания, - посоветовал Болал, следивший за выражением лица юноши. - Поживешь среди нас, привыкнешь и не к такому. Здесь всегда так себя ведут. Пойдем лучше есть, все уже готово.

С этими словами он вытащил каменный нож, потыкал им в горшок и выудил оттуда кусок вареного мяса. У Танара не было ножа, поэтому он воспользовался одной из своих стрел, которая ничуть не хуже подходила для этой цели. Увидев, чем они занимаются, у горшка собрались и остальные члены семейства. Как ни в чем не бывало, они с аппетитом набросились на вареное мясо. Во время трапезы никто не разговаривал. Только в тех случаях, когда два ножа одновременно вонзались в один и тот же кусок, возникала легкая перебранка, в ходе которой милые родственники осыпали друг друга грязными оскорблениями.

Едва горшок опустел, Скерф и Слоо забрались в пещеру и тут же уснули. Немного погодя к ним присоединился и Болал.

Гура, дочь Скерфа и Слоо, взяла горшок и стала спускаться вниз по скале к текущему у ее подножия ручью, чтобы вымыть его и принести свежей воды. Пока она спускалась по колышкам, вбитым в бревна, ее младший брат Данг забавлялся тем, что швырял в нее камни.

- Прекрати немедленно! - приказал Танар. - Ты же можешь попасть в нее.

- А зачем, по-твоему, я кидаю в нее камни? - удивился маленький сорванец. - Чтобы промахнуться?

Он схватил новый камень, замахнулся, но бросить не успел, Танар перехватил занесенную руку, сильно сжал ее у запястья и заставил мальчишку выронить камень.

Данг испустил вопль, способный разбудить мертвого и слышный, наверное, даже на Амиокапе. Из пещеры с растрепанными волосами вылетела Слоо.

- Он хотел меня убить! - завопил Данг.

Слоо, как разъяренная тигрица, бросилась на юношу.

- Постой, - спокойно сказал Танар, - я не сделал твоему сыну ничего плохого. Он начал швырять камни в свою сестру, а я только остановил его.

- А какое ты имел право его останавливать! Это его сестра, и он может швырять в нее чем угодно и когда угодно.

- Но он же мог попасть в нее, и тогда она могла упасть и разбиться насмерть.

- Ну и разбилась бы, невелика потеря. А ты, чужеземец, не лезь не в свое дело.

С этими словами Слоо схватила своего младшего в охапку, надрала ему уши и утащила в пещеру, откуда еще долго доносились крики, звуки ударов, проклятья и рев Данга. Когда же все стихло, до ушей юноши стали доноситься со всех сторон звуки аналогичных ссор справа и слева, сверху и снизу. Он посмотрел вниз. Там у ручья копошилась хрупкая фигурка Гуры. Она вымыла горшок, наполнила его свежей водой и поставила тяжелую ношу себе на голову. Любуясь изяществом девушки и легкостью, с которой она несла свою кладь, Танар все же недоумевал: как, интересно, собирается она подниматься наверх с горшком, полным воды. Но, к его величайшему удивлению, она забралась на первый уровень с такой легкостью, словно на голове у нее ничего не было. Все выше и выше поднималась девушка; горшок у нее на голове находился все время в строго вертикальном положении.