Читаем Пейзанизм полностью

  -- Да конечно! Ты чего крутишь! Тут нас сейчас разденут-разуют. Да еще плетями согреют.

  -- А с аланского?

  -- Хватит хренью заниматься! Дело говори! Как будем от мёртвых "пауков" уворачиваться?

  -- А с грузинского?

  -- Убью гадёныша! Яков! Давай сюда плётку мою. Чего там вирник решит - его дело. А я тебя родительской властью раньше обдеру!

  -- Значится так. На суде говорить будет Чарджи. На грузинском. Поскольку все остальные языки у него отшибло из-за волнения при виде лицезрения. Высокого, мудрого и бесконечно справедливого... Степана Макухи. Дед! Дослушай! А переводить буду я. Поскольку никто другой грузинского языка не знает.

   Я предположил, что Аким все-таки спросит: "А ты знаешь?". Но дед надулся, сунул бороду в рот, пожевал под напряжёнными и ошалевшими взглядами присутствующих моих людей и его "верных". Все-таки, в средневековых отношениях есть положительные стороны: куча крутых мужиков, но на усадьбе поперёд владетеля, да еще старшего по возрасту... Молчат. Яков некоторое время крутил головой, будто примерял идею. Ивашка тоже крутит головушкой - не догоняет мужик. А вот Охрим с Чарджи и Николаем уже улыбаются. Наконец дед тяжко вздохнул, потом сам хитро и злорадно ухмыльнулся и произнёс:

  -- Индо ладно.

   До кого дошло - заржали. Остальные начали спрашивать. Тут нас позвали. Чарджи выпятил грудь и мне на ухо заявил, давясь от смеха и форсируя акцент:

  -- Нэ правильно пэрэведешь - cасаклаоебис.

   И чтобы это значило? Звучит... многообещающе. Особенно - окончание.

   Снова крыльцо, снова "дуб ясеневый" в центре восседает. Чудак на букву "м" - "мятельник", провозглашает. Пошло рассмотрение дело "об убиении двух и более лиц". Телегу с мертвяками подкатили, "пауки" покойников официально опознали, возбудились, расшумелись. Но "княжии слуги" в полном боевом - это действует... успокаивающе. Уточнили применённые способы "нанесения несовместимых с жизнью"... Вот тут я задёргался - я ж не суд.мед. по части резанных-рубленных-колотых. Насколько местные могут идентифицировать орудие причинения и нанесения по причинённому и нанесённому. Но мы не зря по дороге останавливались - ребята кое-что подправили... В местах проникновения инородных предметов в тела пострадавших. А главное - времени-то сколько прошло. Да на солнышке летнем. От мертвяков уже и душок, и опухлость характерная.

   Потом пошёл допрос. Каждого свидетеля привели к присяге. Тут-то и обнаружилось, что Чарджи... при лицезрении и от волнения. А также почтения, смущения и услужить хотения... Только по-грузински с картвельским акцентом. Понимать - понимает. А вот произнести... "В зобу дыханье спёрло". Макуха от... очередного осложнения в ходе ведения и судоговорения... так кровью налился - можно дрова от морды запаливать. А кто у нас тут по грузински говорит-понимает? - А вот мальчик Ванечка - полиглот-недоросль. От скуки - на все руки. Или - на все языки.

   Чарджи - от смеха давится. Аж до слез. Он глаза утирает, бормочет что-то. Что-то очень нелицеприятное в адрес заседающих. А я перевожу:

  -- Его очи, ослеплённые дивным светом высшей мудрости, исходящей от лица господина вирника, пылающего неземным светом истины...

   Тут уже и остальные отворачиваться стали и рты зажимать. А Чарджи на колени упал, за живот держится.

  -- И не только очи, но и все нутро его, освещённое и согретое мудростью проистекающей и распространяющейся по сим диким и прежде лишённым закона и порядка... Но в светлом лице обретшим наконец...

   Макуха звереет. Чувствует что дурят, а крыть нечем. Я был прав - Макуха пытался хотя бы на аланском побеседовать. Был у него человек... Чарджи потом сказал:

  -- Сын коровы и ишака - знает два слова: "му" и "иа".

   Деваться некуда, пошёл допрос. Аким немножко по-упирался насчёт нашего статуса: мы злодеи или видоки (свидетели)? Потом поспорили насчёт "полного видока" - это должно быть семь персон. Потом уточняли - а кто, собственно, претензию выставляет. Тут, наконец заговорил и Хохряк. Иск идет от вдов и детей убиенных. А вина клепается на меня. Я честно сделал во-от такие глаза. Даже Макуха взорвался;

  -- Ты, смерд смердячий, сдурел, что ли? Как может отрок малосильный четырёх здоровых мужей зарезать? Другого виноватого давай.

   Хохряк кривился, хмыкал-гмыкал. Он-то знает и моем как-бы свидании с Пригодой, и о "внезапной замене в заявленном составе участников". Что я там был -- знает. Но...

   Но домашние заготовки у него были. Обвинил подозреваемыми всех моих троих. Тут уже судейские задёргались: мертвецов четверо, обвиняемых трое - как вины распределять? А по вине и вира. С кого сколько? А они думали - легко будет. Чудаки. Легко, когда круговая порука идет. Когда есть истец, есть труп опознанный, который на общинной земле лежит. Тогда работает круговая порука - община виру платит или виновного выдаёт.

   Мои все трое дружно вину отрицают. Чарджи головой мотает - как бы не отвалилась, Ивашко в крик кричит: