Читаем Паутина грез полностью

— Ой, Уильям, зачем ты дразнишь его, — укорила приятеля Дженнифер.

— Дамы, прошу за мной! — Он подхватил нас под руки и повел к столикам.

На его голос обернулся высокий, загорелый, зеленоглазый юноша. Его взгляд был дружелюбным и приветливым, но таким обволакивающим, что я содрогнулась и затрепетала.

— Ли, — нарочито торжественно провозгласил Уильям, — это и есть мой лучший друг Джошуа Джон Беннингтон, блистательный мастер телефонных разговоров. — Уильям рассмеялся, а Джен шутливо стукнула его по плечу.

Джошуа вздохнул и покачал головой.

— Всякий раз приходится просить извинения за Уильяма, блистательного мастера клоунады, — произнес Джошуа, пожимая мне руку. — Очень рад познакомиться.

— И я тоже, — быстро ответила я, — то есть я хотела…

Я замялась и вдруг смутилась. Неужели я опять веду себя как маленькая девочка? На помощь пришел Уильям.

— Мы с Джен, пожалуй, потанцуем, а вы пока познакомитесь как следует, — сказал он. — Будь начеку, Ли, у этого красавца на совести не одно разбитое женское сердце, — подмигнул он, увлекая Джен в центр зала.

Я смотрела, как они танцуют.

— Похоже, твой друг и в танцах мастер, — помолчав, заметила я.

— Что бы ни делал Уильям, он делает отлично. Он из тех безукоризненных во всех отношениях мужчин, которые остальных заставляют терзаться от собственной неуверенности.

— О, к тебе это никак не относится, — быстро проговорила я, удивляясь своему энтузиазму.

Джошуа улыбнулся.

— Ты не верь легендам о брошенных мною женщинах. Я в прошлом году даже на танцах ни разу не был, — признался он.

— Я тоже.

— Правда? — Похоже, ему было приятно услышать это. — Позволь предложить тебе лимонад.

— Да, с удовольствием.

Мы взяли бокалы и сели на скамейку. Скоро я узнала, что отец Джошуа занимается продажей недвижимости, что у них в семье есть еще дети — два брата и сестра, что живут они далеко, во Флориде, в огромном доме на побережье. О себе Джошуа рассказывал живо и с удовольствием. Я время от времени поглядывала на своих подруг. Многие девочки танцевали, кроме Тоби и Бетси, которые явно были расстроены этим. Джошуа начал расспрашивать и меня. Я поведала ему о Фартинггейле. Разумеется, он тоже слышал о знаменитых коллекционных игрушках Таттертона. Говоря о Тони, я употребила слово отчим, но Джошуа, надо отдать должное его деликатности, не стал интересоваться подробностями. Потом мы танцевали, затем, перекусив, снова танцевали и не переставая болтали. Дженнифер и Уильям просто не отрывались друг от друга. Прошло немало времени, прежде чем подруга поманила меня выйти в туалетную комнату. Едва закрылась за нами дверь, как Джен бросилась ко мне с вопросами:

— Он нравится тебе, Ли? Расскажи, какой он? О чем вы разговаривали?

— Да, нравится. Милый, сдержанный, любезный… Рядом с ним я чувствую себя настоящей леди.

— Ой, как я рада за тебя! — воскликнула она. Мы со смехом обнялись.

Но вдруг двери распахнулись и в комнату ворвались все члены пресловутого «клуба». Впереди воинственно встала Мари Джонсон.

— Вот они, две голубки! Что происходит? Почему клуб не знал о том, что у вас есть постоянные кавалеры в Аландейле? — сурово спросила она.

— Я с этим парнем только что познакомилась, — разочаровала я ее.

Тогда она обратила свой гнев на Дженнифер.

— Уильяма я встретила в самом конце лета. О постоянных отношениях речи пока нет, — с достоинством сказала Джен.

Мари это не удовлетворило.

— В любом случае ты должна была поставить нас в известность. Члены элитарного клуба не имеют друг от друга секретов. Мы доверяем всем и каждой. Именно этим и отличаемся от других девчонок, — сверкая глазами, заявила Джонсон.

— Но…

— Вы поставили нас в идиотское положение. Вы предали нас!

— Что за глупости, Мари…

— Нет, это не глупости! Надеюсь, все со мной согласны? — Она оглядела свою гвардию. Почти у каждой из девочек на лице было одинаковое выражение — завистливое, недоброе, негодующее. — Вы обязаны были сообщить. А выходит, будто и не хотите делиться с нами, не доверяете подругам. Между прочим, ты, Ли, никого не пригласила в свой хваленый Фартинггейл, кроме Дженнифер! Похоже, вы обе считаете себя лучше других.

— Все совершенно не так. Послушай, Мари…

— Можете развлекаться дальше, — отрезала она, крутанулась и исчезла. За ней потянулась ее свита, оставляя за собой чуть ли не запах ревности.

— Ой, Ли, прости меня, прости, это я виновата, они и на тебя накинулись! — воскликнула Джен, когда мы остались одни.

— Я ни капельки не переживаю. Им просто завидно — и все. Выброси из головы. Последуем совету Мари — пойдем развлекаться дальше.

Дженнифер кивнула, но я видела, что она страшно расстроилась. С трудом мне удалось вытащить ее в зал. Однако радость от праздника потускнела. Никто из девочек не подходил к нам, никто нам не улыбался, никто не разговаривал, хотя друг с другом члены «клуба» общались более чем активно — перешептывались, переглядывались, хихикали.

Джошуа, почувствовав неладное, поинтересовался, в чем дело. Я ничего не стала скрывать и рассказала все.

— Как всегда. — Джошуа сокрушенно вздохнул. — Я обязательно навлекаю на людей неприятности.