Читаем Паучья Королева полностью

– Нет, конечно, это всё логично, но… наступает момент, когда тебе приходится самому прокладывать свой собственный путь.

Кара закрыла глаза, сон уже почти сморил её.

– Ну а ты? – невнятно проговорила она. – Какой конец выбрала бы ты?

– Я не уверена, – ответила Грейс. – Не решила ещё.

Очнувшись ото сна, Кара сразу поняла, что что-то не так. Саднящий разум казался вывороченным наизнанку, как будто кто-то порылся в её мозгу. Кара потянулась было к Врестою, чтобы проверить связь между ними – и ахнула от изумления.

Мысленный мостик треснул чуть ли не в десяти местах. Он давно бы должен был обвалиться, но какие-то чёрные создания, смахивающие на пиявок, примостились между трещин, не давая ему распасться. Наверное, Каре стоило бы их благодарить – в конце концов, если бы, пока она спала, заклинание подвело и время тронулось дальше, близнецы бы их обнаружили, – однако единственное, что пришло ей на ум, в связи с этими существами – слово «зараза».

«Вы кто такие?» – подумала Кара.

Одна из пиявок раскрыла рот, похожий на крохотный роток улитки, и Кара болезненно дёрнулась: сразу несколько моментов и образов помимо воли были вырваны из её памяти и проглочены целиком.

«Вот папа придерживает мои крохотные ручонки на рукоятке пилы, и мы вместе пилим доску, чтобы сколотить скворечник. Вот Лукас глядит на меня, срывая с ветки грушу, и я забываю, что собиралась сказать. Вот мама…»

Всё это исчезло, кануло, пропало.

Кара стиснула виски ладонями. Казалось, будто кто-то прямо изнутри выскребает её разум зубчатой ложкой. Это напомнило Каре тот день, когда они с мамой вырезали тыквенные фонарики к празднику.

И стоило этому воспоминанию всплыть в памяти, как и оно тут же было украдено.

Пасть пиявки захлопнулась, она утолила свой аппетит. На время.

– Кара! – окликнул Тафф. Голос у него испуганно дрогнул. – С тобой всё в порядке? Что случилось?

Кара осознала, что её голова лежит на коленях у братишки. Она понятия не имела, когда это произошло.

– Теперь всё в порядке, – сказала Кара. – Мне только надо немножко передохнуть.

– Слишком много магии, как я и говорила, – заключила Грейс. – Вот я же знала, что ты недостаточно могущественна для таких заклинаний!

Грейс горделиво улыбалась, будто ученица, правильно ответившая на особенно сложный вопрос. Она обвела взглядом их стоянку, словно ища кого-то, кто способен оценить её воображаемую победу.

– Она права, да? – спросил Тафф. – Ты в самом деле использовала слишком много магии?

Кара кивнула.

– Ну да, вроде того. Мысленный мостик, ведущий к Врестою, не такой, как обычно. Он более… алчный. И он отбирает воспоминания независимо от того, хочу я этого или нет.

Тафф громко ахнул.

– Но это же опасно!

– Что, правда опасно? – переспросила Грейс, скорее с любопытством, чем с тревогой.

– Слушай, отмени ты это заклинание, – сказал Тафф. – Придумаем какой-нибудь другой способ…

– Всё будет нормально, – ответила Кара.

– Не можешь же ты всё делать сама!

– А мне и не надо, – сказала Кара, подняв руку и погладив его по щеке. – У меня ты есть.

– Ну да, конечно! – ехидно вставила Грейс. – От этого щенка столько пользы! Я хочу сказать, если бы не он…

Несмотря на свою слабость, Кара так зыркнула на Грейс, что та тут же умолкла.

– Она права, – вздохнул Тафф, опустив глаза. – Что я могу, на самом-то деле?

– Ты самый умный мальчик на свете! – сказала Кара. – Без тебя мы бы никогда не зашли так далеко. А теперь помоги-ка мне встать, малыш. Нам нужно добраться до той башни. И быстро.

Кобыла и её хозяйка немало пережили вместе, и сейчас Каре не было нужды прибегать к магии: Тенепляска и так чувствовала, что надо спешить. Как только обе девочки сели верхом, лошадка рванулась вперёд. Она галопом неслась мимо торчащих, как штыки, зарослей осоки, мимо рек, застывших безо льда, и клубы пыли вздымались из-под её копыт. Двое других животных старались не отставать. Дарно, чей скорпионий хвост был достаточно длинным, чтобы обвиваться вокруг талии Таффа, точно пояс, по-прежнему сохранял на морде привычное решительное выражение, а вот Врестой уже не улыбался. Он тащился позади всех, вывалив язык. Кара пыталась сообразить, не влияет ли мысленный мостик и на него тоже, как вдруг у неё закружилась голова, и она чуть было не свалилась на землю.

– Спасибо, – выдохнула она: руки Грейс поймали её за талию и удержали в седле.

– Если с тобой что-нибудь случится, – сказала Грейс, – я думаю, есть как минимум вероятность, что я застряну в этом моменте навсегда. Так что, пожалуйста, если собираешься умереть, отложи это на потом.

– Ты такая заботливая, прямо даже трогательно.

По пути она лишилась ещё нескольких фрагментов из прошлого – в основном о своей первой подружке, той девочке, что отказалась играть с Карой после того, как маму казнили. «Туда им и дорога!» – подумала Кара, пытаясь припомнить, как эта девочка выглядела, во что они вместе играли или хотя бы как её звали. Кара знала, что воспоминания по-прежнему тут, но не знала, как их найти. Это было всё равно, что искать в тёмной комнате осколок обсидиана.