Читаем Пацифида (СИ) полностью

- В нашем отеле нет такого номера! Можем проводить вас в ваши апартаменты. "К"Наа" традиционно числится за вами.

- Как за мной? Там же две дамы в футуристических шляпах!

В ответ тишина, тревожное переглядывание, робкий голос:

- Хотите, вас осмотрит наш доктор?

- Доктор? Думаете, есть необходимость?

- Конечно, после падения всегда есть риск....

Мне помогли подняться на ноги.

- Как себя чувствуете? Голова не кружится?

- Да, вроде, нет....

- Пойдемте, - молодой человек услужливо взял меня под руку, - нужно вас осмотреть... исключить, так сказать, все возможные травмы. Нам с вами сюда..., аккуратно..., ступеньки..., теперь налево..., маленький подъем..., еще пара шагов..., вот мы и на месте!

Дверь тихо отворилась, и я шагнула в кабинет.

Массивный стол, за ним пустое кресло, за креслом внушительный книжный стеллаж, в окно стучит косматый вяз, тень от листвы гуляет по стенам, где-то пиликает точное время.

Вот в дальнем конце стеллажа зашевелился сноп лучей, отброшенных закатом, и отделилась от него загадочная белая фигура.

- А, вот и вы! Прошу, присаживайтесь поудобней! - Фигура указала на диван, подождала, пока я приземлюсь, уселась рядом.

Мое лицо непроизвольно расплылось:

- А где же ваши длинные усы?

Старик сощурил узкие глаза:

- Не нравлюсь без усов?

- Немного непривычно.

- Усы - дело наживное, но здесь они мне точно не нужны.

- Здесь, это где?

- В нашей клинике нервных болезней.

- А что я тут делаю?

- Ваши родители устроили вас к нам после "несчастного случая" в Пацифиде.

- Несчастного случая?

- Да, вы упали с большой высоты и потеряли сознание.

- Что было дальше?

- А дальше вы пришли в себя, но оказалось, падение имело последствия, такие как спутанное сознание и частичная потеря памяти, а потом у вас открылся бред. Вы без конца твердили про Зот-Оммог и Мер-Каабу, рвались к какому-то истоку.

- Вот как!

- Увы, ваша реальность закончилась с вашим падением.

- А как же мои апартаменты? Меня только что собирались туда проводить?

- Санитарам велено вам подыграть.

- Вы хотите сказать, что номера 1192 не существует?

- Именно так. В нашей клинике номера 1192 не существует, а вашу палату мы называем К-Наа. Хотите знать, почему? - Вы всю дорогу повторяли это слово, вот оно и приклеилось, во всяком случае, к вашим несчастным соседям по палате. Так что теперь это палата К-Наа.

И старик неожиданно рассмеялся, обнажив ряд мелких, но крепких зубов.

- А что со мной на этот раз? Почему я опять валялась на полу?

Я чувствовала себя на редкость странно: ни паники, ни сожаления, ни страха; покой и приятное чувство комфорта, и радость оттого, что рядом дед, а значит, мне ничего не грозит.

- Я что-то принимаю? Уж больно все это нереально.

Старик достал платок, прочистил нос:

- Вы пытались бежать, поскользнулись, упали. На вопрос номер два отвечу "нет". Вы только поступили, и мы вас наблюдаем. Назначение зависит от диагноза, а диагноз - от результатов обследования.

- Обследуете, значит? - Произнесла я легкомысленно.

Вертлявая скользкая мысль теребила мозги и не давала себя сформулировать. Все происходящее казалось несерьезным и напоминало детскую игру "веришь - не веришь", да и старик никак не тянул на главврача: то нос продует, то затылок почешет, то хмыкнет в самый неподходящий момент. Огорчало одно: клиника нервных болезней, похоже, была самая, что ни есть настоящая, и это путало мой радужный настрой.

Старик повернул ко мне лицо и неожиданно брякнул:

- Дангэ туррэ фа?

- Трокк! - Ответила я рефлекторно и опешила. - Откуда я знаю этот язык?

- Ну, знаешь, и знаешь, - отмахнулся он, - нам нужно торопиться: сейчас сюда придут врачи.

- Я так и знала: ты ненастоящий!

- Это как посмотреть! - Старик достал из кармана еще один платок, вытер им лоб. - Неизвестно еще, кто из нас настоящий!

И тут до меня дошло:

- Послушай, дед, а ты, часом, не галлюцинация?

Старик сел на диван, хлопнул ладонями по коленям и громко рассмеялся:

- Нет, ну это положительно дурдом! Мер-Кааба для нее настоящая, Зот-Оммог настоящий, шестирукий усач настоящий, а я, значит, - галлюцинация!

Он так истошно хохотал и топал ногами, из глаз его текли ручьи, все тело сотрясалось и ходило ходуном, и на секунду показалось, что старику не хватит кислорода. Был даже момент, когда я волновалась за его душевное здоровье. Насмеявшись вдоволь, дед еще раз прочистил нос, грязным платком вытер глаза, пригладил растрепавшиеся волосы, отдулся.

- Давно так не смеялся!

- Стоп! Я ведь ни слова не сказала про шестирукого усача! - Вперив руки в бока, я висела над дедом и коршуном буравила его лицо. - Признавайся, кто ты есть и куда меня звал на своем дурацком языке!

- Так ты идешь?

- А у меня ест выбор?

- Выбор есть всегда! Можно покаяться перед родителями, сказать, что все придумала, что больше так не будешь, пройти пару тестов и вернуться домой пристыженным унылым проходимцем, можно остаться здесь, пройти полный курс, пролечиться и выйти отсюда годков через пять социально-адаптивным идиотом, а можно пойти со мной и начать все сначала.

Мой рот скривился невротическим зигзагом:

- Один раз уже начала. Чем это кончилось, ты знаешь.