Читаем Пациент 35 полностью

Уже в 1968 году стало ясно, что СССР нереформируем, а советский народ — безнадежен. Началась эмиграция, выплеснувшая за границу почти всех, кто еще что-то мог, на что-то был способен. Эмиграция эта проходила и проходит уже почти полстолетия конвульсивно… это конвульсии гигантской страны, конвульсии подыхающего левиафана, изрыгающего из себя людишек, свою кровь и плоть.

Зачем я все это пишу?

Потому что этот советский, а теперь и путинский левиафан был местом жизни Афанасьева. Он жил в этом агрессивном, разлагающемся, обреченном обществе. Пережил и перестройку и сумеречное ельцинское время. Дожил до прихода к власти Путина и КГБ. До имперского разворота. До возникновения последней российской — подлой цивилизации ватников. Именно она, ее удушающие миазмы, а не только болезнь и старость, отняли у Афанасьева здоровье и жизнь.

И все-таки он до конца сохранил свой благородный жизненный стиль и не побоялся выступить обвинителем России на процессе против нее, незримо идущем в ноосфере. Распознал в путинской вертикали все ту же, одетую в новые одежды сталинщину. И вынес ей приговор.

Апология русофобии (заметки раздраженного эмигранта)

ПОГРУЖЕНИЕ НА ДНО

Неужели вы не поняли смысла демарша пресс-секретаря Путина Пескова, которому, по остроумному выражению одного комментатора — можно ведрами в глаза ссать — все будет божья роса…

Ведь тот только нагло и самодовольно повторил незабвенные слова своего патрона:

Их оставили там… Их положили…

Мол, утонули амфоры. Или положили их. Не все ли вам, дебилам, равно?

Не хочет Песков с путинского говнопоезда соскакивать, он останется при президенте-монголиде песком, в который можно зарыть любую каку, которым можно как пудрой припудрить любую дурь. Даже погружение на дно Таманского залива.

Бедный наш Йорик-аналитик, летописец славных дней России!

Как же он расстроился из-за этой пресловутой «рокировочки» Путина и Медведева!

Обидели юродивого, отняли иллюзию, как последнюю копеечку!

Ну не хочет доморощенный наш Пимен признать, что не только у Испании, но и у России тоже есть король!

Король-вор.

Король-даун.

Не Поприщин, жалкий воришка писем сучки Меджи, а сам майор-подполковник Ковалев, со всеми своими державными сердоликами, нашедший наконец подходящее его чину место.

Да, он безумен, а не безумен кто?

Наверху пирамиды и должен стоять неадекват, а не какая-нибудь вменяемая демократическая тварь дрожащая!

Нам никаких волхвов Каспаров не надо!

России нужен пахан-богатырь Илья Муромец, но не на Сивке-бурке, а в акваланге и с битыми горшками в руках.

Он защитит православное отечество от окруживших его со всех сторон супостатов-жидовинов и от Идолища Окаянного — Америки.

Не спасет Россию от диктатуры его безумие.

Россия не нуждается в спасении от своего Бога.

От собственного мужа.

Им дышит, им причащается быдляк-богоносец каждый день по три тысячи раз перед телеящиком.

Его пот — шанель для агрессивных патриотов и творческой интеллигенции.

О его потертых чреслах мечтают молодые русские красавицы.

А русские мальчики строем подставляют ему свои розовые пупки для ритуальных лобызаний.

Сама соборная и богоносная свинцовожопая хавронья Руська преет и мреет под Ним.

И на земле русской мир и во человецах благоволение.

А злобный жыд-пимен все пописывает, все пыжится и прыщет ядом.

Все простирает в небеса свои жилистые руки с склеротическими пальцами, пускает слюни и грозит. Хочет вырвать из тела России ее подлое сердце!

Надеялись на то, что Чирей сам, солидно, или не солидно, по-пацански, по-воровски, поблескивая фиксой и строя жуткие рожи, уйдет на покой?

А Нано-Михрютка останется как бы править хорошеньким таким романовым-царем?

Да вы что, господа, сбрендили?

Да от политической России такой смрад тяжелый идет — что и в Берлине приходится нос зажимать.

Ведь вы должны были давно от этого смрада подохнуть!

А вы не только не подохли, но и свои делишки обделали кругленько, капитальцы составили, на своих капустничках зубы поскалили всласть.

Вы что же, забыли, что живете не в стране, а в червивой говнокуче?

Забыли, кто превратил послепутчевую Россию в говнокучу?

Забыли — почему Чирей и гэбня в ней крышуют?

Так я вам напомню.

ВЫ ВСЕ САМИ И ПРЕВРАТИЛИ СВОЮ СТРАНУ

В ГОВНОКУЧУ!

А КРЫШУЮТ В НЕЙ ПУТИНЦЫ-ГЭБИСТЫ, ПОТОМУ ЧТО ВЫ ИМ ЭТО ПОЗВОЛЯЕТЕ!

Ждали решений Чирея на съезде партии воров и бандитов, холуи?

И получили — помоями в морды.

Так вам и надо!

Чирей не только унизил Михрютку — для того Михрютка и при ноге, чтобы его пинать и чтобы попу грязную путинскую лизал.

Чирей, в который уже раз, опустил Россию и унизил народ.

А народ, вместо того, чтобы смести всю эту нечисть, все схавал, утерся и в декабре и в марте дружно пойдет голосовать, мыча, как унылый скот, и за путинских блядей и за самого Чирея.

Сколько загубили в СССР палачи народа в ленинско-сталинское время?

Столько, сколько и железный Адольф погубить не смог. Миллионы.

А кто за это ответил?

За исключением горсточки берпевцев — никто.

Наоборот, быдляк любил и любит до сих пор и Сталина и Ленина.

Перейти на страницу:

Все книги серии Собрание рассказов

Мосгаз
Мосгаз

Игорь Шестков — русский зарубежный писатель, родился в Москве, иммигрировал в Германию в 1990 году. Писать начал в возрасте 48 лет, уже в иммиграции. В 2016 году было опубликовано собрание рассказов Игоря Шесткова в двух томах. В каждом томе ровно 45 рассказов, плюс в конце первого тома — небольшой очерк автора о себе и своем творчестве, который с некоторой натяжкой можно назвать автобиографическим.Первый том назван "Мосгаз", второй — "Под юбкой у фрейлины". Сразу возникает вопрос — почему? Поверхностный ответ простой — в соответствующем томе содержится рассказ с таким названием. Но это — только в первом приближении. Надо ведь понять, что кроется за этими названиями: почему автор выбрал именно эти два, а не какие-либо другие из сорока пяти возможных.Если единственным источником писателя является прошлое, то, как отмечает Игорь Шестков, его единственный адресат — будущее. В этой короткой фразе и выражено все огромное значение прозы Шесткова: чтобы ЭТО прошлое не повторялось и чтобы все-таки жить ПО-ДРУГОМУ, шагом, а не бегом: "останавливаясь и подолгу созерцая картинки и ландшафты, слушая музыку сфер и обходя многолюдные толпы и коллективные кормушки, пропуская орды бегущих вперед".

Игорь Генрихович Шестков

Современная русская и зарубежная проза
Под юбкой у фрейлины
Под юбкой у фрейлины

Игорь Шестков — русский зарубежный писатель, родился в Москве, иммигрировал в Германию в 1990 году. Писать начал в возрасте 48 лет, уже в иммиграции. В 2016 году было опубликовано собрание рассказов Игоря Шесткова в двух томах. В каждом томе ровно 45 рассказов, плюс в конце первого тома — небольшой очерк автора о себе и своем творчестве, который с некоторой натяжкой можно назвать автобиографическим.Первый том назван "Мосгаз", второй — "Под юбкой у фрейлины". Сразу возникает вопрос — почему? Поверхностный ответ простой — в соответствующем томе содержится рассказ с таким названием. Но это — только в первом приближении. Надо ведь понять, что кроется за этими названиями: почему автор выбрал именно эти два, а не какие-либо другие из сорока пяти возможных.Если единственным источником писателя является прошлое, то, как отмечает Игорь Шестков, его единственный адресат — будущее. В этой короткой фразе и выражено все огромное значение прозы Шесткова: чтобы ЭТО прошлое не повторялось и чтобы все-таки жить ПО-ДРУГОМУ, шагом, а не бегом: "останавливаясь и подолгу созерцая картинки и ландшафты, слушая музыку сфер и обходя многолюдные толпы и коллективные кормушки, пропуская орды бегущих вперед".

Игорь Генрихович Шестков

Современная русская и зарубежная проза
Фабрика ужаса
Фабрика ужаса

Игорь Шестков (Igor Heinrich Schestkow) начал писать прозу по-русски в 2003 году, после того как перестал рисовать и выставляться и переехал из саксонского Кемница в Берлин. Первые годы он, как и многие другие писатели-эмигранты, вспоминал и перерабатывал в прозе жизненный опыт, полученный на родине. Эти рассказы Игоря Шесткова вошли в книгу "Вакханалия" (Алетейя, Санкт-Петербург, 2009).Настоящий сборник "страшных рассказов" также содержит несколько текстов ("Наваждение", "Принцесса", "Карбункул", "Облако Оорта", "На шее у боцмана", "Лаборатория"), действие которых происходит как бы в СССР, но они уже потеряли свою подлинную реалистическую основу, и, маскируясь под воспоминания, — являют собой фантазии, обращенные в прошлое. В остальных рассказах автор перерабатывает "западный" жизненный опыт, последовательно создает свой вариант "магического реализма", не колеблясь, посылает своих героев в постапокалиптические, сюрреалистические, посмертные миры, наблюдает за ними, записывает и превращает эти записи в короткие рассказы. Гротеск и преувеличение тут не уводят читателя в дебри бессмысленных фантазий, а наоборот, позволяют приблизиться к настоящей реальности нового времени и мироощущению нового человека.

Игорь Генрихович Шестков

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Измена в новогоднюю ночь (СИ)
Измена в новогоднюю ночь (СИ)

"Все маски будут сброшены" – такое предсказание я получила в канун Нового года. Я посчитала это ерундой, но когда в новогоднюю ночь застала своего любимого в постели с лучшей подругой, поняла, насколько предсказание оказалось правдиво. Толкаю дверь в спальню и тут же замираю, забывая дышать. Всё как я мечтала. Огромная кровать, украшенная огоньками и сердечками, вокруг лепестки роз. Только среди этой красоты любимый прямо сейчас целует не меня. Мою подругу! Его руки жадно ласкают её обнажённое тело. В этот момент Таня распахивает глаза, и мы встречаемся с ней взглядами. Я пропадаю окончательно. Её наглая улыбка пронзает стрелой моё остановившееся сердце. На лице лучшей подруги я не вижу ни удивления, ни раскаяния. Наоборот, там триумф и победная улыбка.

Екатерина Янова

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза