Читаем Пацан (СИ) полностью

— Скажи мне, пацан, только честно, ты плавать умеешь? Что ты жмёшься? Нет так нет, стесняться нечего. Не всем повезло вырасти у пруда с бабулей-матросом, которая первым делом швырнула меня в воду с мостков так далеко, как смогла докинуть. Не знаю, стала бы она меня спасать, если бы я тонул, но я поплыл как миленький. Нет, не бойся, на тебе проверять не будем. Я же не бабуля. В общем, это не сильно важно, умеешь ты плавать или нет, потому что форсировать реку вплавь мы не будем. Была такая мысль, не скрою, но, блин, какого чёрта! Если бы я, увидев табличку «Прохода нет», каждый раз разворачивался и уходил, то это был бы не я, а кто-то другой. Может быть, он был бы более приятным человеком, но вы бы с ним вряд ли встретились. Таких не берут в пираты, пацан. Что ты на меня так смотришь, как будто я котёночка в шаурму завернул? Да, я был пиратом. Но, честное слово, именно это моё занятие принесло наименьший вред окружающим. Контрабанда, торговля оружием, спекуляция драгметаллами и посредничество в военных конфликтах малых государств Центральной Африки были куда более токсичными практиками, поверь. А ведь это лишь малая часть моих бизнес-кейсов! Ладно, раз ты такой недоверчивый, расскажу тебе о том, как был капитаном пиратов. Всё равно до вечера заняться нечем. Итак, пацан, как выглядело в нашем исполнении нападение пиратского корабля на мирное судно. Ты небось вообразил себе гром пушек, пороховой дым, стоны пассажиров, истерику пассажирок, крики «На абордаж!» и зажатый зубами кортик? Так вот, ничего этого не было. Во-первых, ни одной пушки у нас не случилось. Ты спросишь: «Что же это за корабль такой, капитан Ингвар?» А я отвечу: торпедный катер «Комсомолец» проекта 123-бис. Реданная посудина с дюралюминиевым корпусом и полным водоизмещением всего двадцать с половиной тонн. Пушек ему не полагалось, мелковат. Штатно монтировали четыре пулемёта ДШК в двух спаренных установках, но, поскольку катер был списанный, то вооружение с него сняли. Мы его купили типа как для рыбалки, как обычный армейский неликвид. В те времена наша самая сильная на свете армия, проиграв страну без единого сражения, — не спрашивай, как так вышло, — распродавала направо и налево всё, что имело хоть какую-то ценность. Поэтому официально мы купили его у военно-морского флота нашей великой державы по цене металлолома, заплатив мимо кассы в два раза больше, потому что катер был в отменном состоянии и выдавал полсотни узлов как с куста. Долго объяснять, причём тут узлы, но, поверь, это довольно быстро. Главное его вооружение — два торпедных аппарата. Это такие толстые трубы вдоль бортов, в каждой из которых — один потопленный при удачном попадании корабль. Поэтому малым размером нашего судёнышка обманываться не стоило. Теоретически, мы могли распрекрасно отправить на дно судно в сто раз крупнее себя. Для пущей зловещести мы его даже перекрашивать не стали, оставив в военном сером с красными звёздами. Только название поменяли.