Читаем Пацан полностью

— Знаешь, что, пацан? Давай проведём эксперимент. Разуйся и поставь ногу на землю. Вот тут, да, в пыль рядом. Пусть след останется. А я ещё палочкой обведу, для надёжности. Всё, мотай обратно. О, молодец, уже почти правильно получается. Тут только перехлестнул зря, натрёт. Вот, так лучше. Ладно, пойдём дальше, до реки ещё далеко. Я даже не могу понять сколько, это не карта, а недоразумение какое-то. Жрать хочешь? Вижу, хочешь. Я тоже. Быстрее дойдём — быстрее пожрём. Интересно, кто это такой заботливый? Вот ты спал сегодня, как сурок в норе, а между тем ночью кто-то шарашился вокруг. Хорошо слышно было в тишине. И ладно бы просто так таскался, это б ещё полбеды. Но как луна взошла, он ещё и завыл! У меня аж волосы дыбом встали на всех местах! И вроде человек воет, а вроде и хрен поймёшь. Голос хриплый, и тоска в нём такая, что хоть заплачь, хоть усрись. До мурашек продирает. Удивляюсь, как ты ухитрился не проснуться. Вот что значит молодость. А я вот в тюряге на полжизни вперёд отоспался. Там делать особо нечего — читай, смотри телек, жри да спи. Я ж говорю — курорт. И ещё исправительные процедуры. Физическая и творческая активность. Это я то заведение тюрягой звал, потому что как по мне, если ты откуда выйти не можешь, то это тюряга и есть. А так-то «лечебно-исправительный изолятор», потому что тюряг у вас не бывает. Я говорю: «На кой чёрт мне лечебно исправляться, волки позорные, если мне при любом раскладе век воли не видать? Чтобы исправленному тут на стены лезть со скуки? Так у меня и без исправления отлично получается». Но говорить-то я говорю, а слышат ли меня — без понятия. Динамик в стене есть, через него мне командуют, а вот насчёт микрофона — не уверен. Физическая активность — это прогулки и спортзал. Всё выстроено так, чтобы я ни одной живой души при этом не увидел — гудок, дверь открылась, пустой коридор, глухие двери. Утром открывается дверь в закрытый дворик. Стены гладкие высотой метров по пять, газончик, деревце, сад камней, дорожка по кругу. Хочешь бегай по ней, хочешь ходи — но не стой. Если будешь стоять, врубают Звук. Вроде бы и не громкий, но такой, что от него зубы во рту вибрируют, уши в трубочку скручиваются, кишки в узел завязываются и мозги в башке медленно закипают. Так что, тут хочешь не хочешь, а потопаешь. Я как-то попробовал, сжал жопу в кулак и терпел — минут на пять меня хватило, и каждая минута была как вечность. Умеют, черти. Не потому, что я против прогулок, я очень даже за — чего б не размять ноги на свежем воздухе? Но всегда надо проверять границы, чтобы знать, докуда тебе можно. А вечером, значится, другая дверь — в спортзал. Там тренажёры простенькие — пресс покачать, бицепсы-трицепсы, потягать железо, в общем. Упарываться не обязательно, но просто посидеть тоже не дают, Звук врубают. У них этот Звук был заместо охраны, наказания и вообще всего. Не выйдешь на прогулку — врубят в камере, вылетишь пробкой.