Читаем Патруль (СИ) полностью

– Система жизнеобеспечения работает, – Ио вводит на консоли еще какую-то команду. – Теперь нужно только добраться до топливного отсека. Дойдем до транспортного узла, попробуем запустить систему транспортировки. По пути будут лаборатория, мостик и обсерватория. На мостике я найду все нужные коды и взламывать больше ничего не придется. Судя по всему, синтезаторы пищи тоже в норме и пробыть здесь можно сколько угодно. Я думаю, станция сможет функционировать на все сто процентов. Она автоматически перешла в режим консервации после катастрофы и ничего не повреждено.

– А твари? – интересуется Сержант.

– Я их не чувствую, – коротко отзывается Ио.

– Хоть какие-то хорошие новости, – кивает Горячев. – Хотя одна тварь у нас все равно под боком.

Да сколько ж можно-то?

– Считаешь, можешь безнаказанно его так называть? – интересуюсь зло. – Учитывая то, что без него ты так и сдох бы в очередном патруле.

– Он тебе о своих планах рассказывать не будет, – мотает головой Горячев. – Задурил нас своей чертовой телепатией!

– Да что ты несешь-то! – не выдерживаю я и тоже повышаю голос. – Ты хоть себя слышишь, а?!

– Я-то да! – Горячев резким движением поправляет ремень автомата. – А вот ты, похоже, совсем с этим морлоком себя потерял! Почему мы не забираем наших из Колонии, а? Ты же ведь и был инициатором! Почему ты даже не заикнулся об этом?! Почему я вспомнил об этом только тогда, когда твоя тварь потеряла свои способности?!

Горячев уже открыто орет, перечисляя еще какую-то чушь, перемешанную с матом, а я вдруг думаю, что я и правда... так и не вспомнил о Колонии. Ни разу с того момента, как очнулся.

Смотрю на Ио, он стоит, опустив голову. На меловых щеках черная паутина вен. Пальцы подрагивают.

Почему не вспомнил?

– Ио? – тихо спрашиваю у него, и Горячев тут же смотрит на меня. В глазах у него я не вижу мысли. Вернее, мысль есть, но это... Это не Горячев. Не он.

– Я... – Ио сглатывает, тревожно оборачивается. – Я боялся их. Того человека в белом халате. Не хотел возвращаться. И вы восприняли мой страх как сигнал, без моего осознанного вмешательства. Когда я понял это, то... – он на меня не смотрит, – не стал ничего делать. Думал, что... Рома, я просто испугался! Я не хотел туда! – он делает ко мне шаг, но замирает на полпути. Губы у него дрожат.

– Смотри, как притворяется, гаденыш! – Горячев жестко хватает меня за плечо, заставляя смотреть на Ио. – Посмотри на него! Хотел всех в этом аду сгноить!

– Ты слышал его, – я отбрасываю его руку от себя. – Он просто ребенок, Игорь! Любой бы испугался, если бы его хотели препарировать! К тому же он ничего не внушал, если ты не понял!

– А ты веришь, да?! – истерично смеется Горячев. – Веришь твари?!

– Да, я ему верю! – и когда я говорю это, Ио поднимает на меня широко распахнутые блестящие глаза. В них благодарность. И еще что-то такое, от чего сладко екает сердце.

– Да у него мозги спеклись! Пристрелить обоих, и дело с концом! – кажется, это действительно видится Горячеву выходом.

– Игорь, ты чего? – кажется, абсурдность ситуации понимает даже Сержант.

– Тварь точно в расход, – Горячев щелкает затвором.

– Только тронь его, – загораживаю Ио собой. Автомат прыгает в руки словно сам.

– Рома, не надо! – Ио вцепляется в мое предплечье. – Это не он говорит!

– Избавимся от него, и все встанет на свои места! – выкрикивает Горячев.

Что-то кричит Сержант, но я вижу только то, как Горячев вскидывает оружие.

Мы стреляем одновременно.

Глава 13.

Пару секунд в помещении царит гробовое молчание, кажущееся оглушающим. И только когда я медленно опускаю оружие, Сержант тихо говорит:

– Ты его убил.

Из аккуратных дырочек на груди Горячева толчками выплескивается кровь. Плечо у меня дергает болью. Наверное, задело вскользь.

– Ты его убил, – уже громче повторяет Сержант. Щелчок предохранителя на его винтовке звучит как выстрел. Я будто бы со стороны вижу, как он поднимает ее, и как мой палец снова соскальзывает на спусковой сенсор.

Еще секунда, и...

– Остановитесь! – выкрикивает Ио, вцепляясь в мое предплечье. – Стойте!

– Тебя кто спрашивал, тварь? – глухо интересуется Сержант.

– Он не мертв! – морлок опускается рядом с неподвижным телом Горячева на колени. – Костюм пока поддерживает его жизнь. У него всего лишь прострелено легкое. Если успеем доставить его в лабораторию – он выживет.

– Тогда чего мы ждем?! – Сержант бросается было к Горячеву, но Ио почти отталкивает его, останавливая:

– Не трогай, – он, не касаясь, ведет ладонью над грудью Горячева. – Его нельзя сейчас двигать.

– Что нам сделать? – спрашиваю морлока. Руки у меня дрожат мелкой нехорошей дрожью.

В ответ Ио поднимается на ноги, подходит к матовой, светящейся пульсирующим алым светом панели, коротким движением руки заставляет ее исчезнуть и вынимает из ячейки две плоские пластины. Возвращается к Горячеву, кладет одну из них у него в ногах, другую за головой. И буквально через пару секунд его тело оказывается парящим в полуметре над полом.

– Так мы не потревожим раны, – объясняет Ио. – Идемте, нам нужно спешить.

***