Читаем Патриот полностью

Ответом было неохотное «звини».

– А за что именно мы извиняемся? – подсказал Моркоу.

– Извини, что назвал тебя вонючим тюрбанщиком…

– Золотые слова. Теперь твоя очередь, Хашель, извиниться перед рядовым Бурке.

Глаза д’рыга бешено завращались, как будто пытались выпрыгнуть из глазниц, дабы не видеть грядущего позора. Наконец он сдался.

– …Звини…

– За что?

– Звини, что назвал тебя братом свиньи…

Моркоу поставил обоих забияк на землю.

– Прекрасно! Уверен, вы отлично поладите, как только узнаете друг друга получше…

– Эта сцена мне просто привиделась, правда? – воскликнул Ахмед. – Он разговаривал точь-в-точь как строгий учитель. И с кем? С Хашелем! Который, как мне по чистой случайности известно, так врезал одному парню, что у того нос потом торчал из уха.

– Нет, эта сцена тебе не привиделась, – ответила Ангва. – Но смотри, что будет дальше.

Когда взгляды остальных солдат вновь обратились к Моркоу, забияки переглянулись, будто товарищи по несчастью, только что прошедшие крещение в одной и той же огненной купели стыда.

Рядовой Бурке неуверенно протянул Хашелю сигарету.

– Так получается только у него, – сказала Ангва. – Но у него получается.

«Главное, чтобы это получалось и дальше», – внутренне взмолился Ваймс.

Моркоу подошел к опустившемуся на колени верблюду и вскарабкался в седло.

– Это ведь Злобный Сват Шакала! – не поверил своим глазам Ахмед. – Верблюд Джаббара! Он до смерти искусает любого, кто попытается оседлать его!

– Но Моркоу не любой.

– Он даже Джаббара периодически кусает!

– А ты обратил внимание, что он знает, как садиться на верблюда, как на нем ездить? – произнес Ваймс. – И как он носит одежду? Он вписывается. При том что вырос в гномьей шахте. Проклятье, ему меньше месяца потребовалось, чтобы начать ориентироваться в моем собственном городе лучше меня!

Верблюд поднялся. «А теперь флаг, – подумал Ваймс, – дай им флаг. Когда отправляешься на войну, без флага нельзя».

Словно уловив его мысли, констебль Башмак передал капитану копье, обернутое куском материи. Констебля так и раздувало от гордости. Свое произведение он сметал полчаса назад в обстановке полной секретности. Несомненный плюс всех зомби: имея под рукой одного из них, вы всегда будете обеспечены нитками и иголкой.

«Только не разворачивай его, – подумал Ваймс. – Им ни к чему видеть его развернутым. Они знают, что флаг есть, и с них этого достаточно».

Моркоу погладил древко.

– И обещаю вам, – прокричал он, – если мы победим, нас никто не помянет! А если проиграем, нас никто не забудет!

«Н-да, – подумал Ваймс, – хуже боевого клича, пожалуй, и не придумаешь. После знаменитого «Вперед, парни, или вы хотите жить вечно с неперерезанными глотками?!» этот наихудший». Однако ряды отозвались громогласным «Ура!». И опять у командора мелькнула мысль, что сейчас у него на глазах творится некий волшебный обряд. Люди следуют за Моркоу из любопытства…

– Стало быть, теперь у тебя есть армия, – сказал Ахмед. – И что дальше?

– Я стражник. Так же как и ты. Назревает преступление. Ну, по верблюдам!

Ахмед склонился в глубоком поклоне.

– Буду счастлив быть ведомым белым офицером, о оффенди.

– Я не имел в ви…

– Ты когда-нибудь ездил верхом на верблюде, сэр Сэмюель?

– Никогда!

– А! – По лицу Ахмеда скользнула тень улыбки. – В таком случае пара советов. Если хочешь, чтобы он пошел, пни его. А когда захочешь остановиться, ударь его что есть силы палкой и крикни «Хутхутхут!».

– А ты, чтобы остановиться, тоже бьешь верблюда палкой?

– А как же иначе? – пожал плечами Ахмед.

Его верблюд посмотрел на Ваймса и плюнул командору прямо в глаз.

Принц Кадрам и его генералы обозревали расположившиеся вдалеке ряды неприятеля. К Гебре были стянуты армии со всего Клатча. Анк-морпоркские полки в сравнении с ними смотрелись словно потерявшая экскурсовода кучка туристов.

– И это все? – не веря своим глазам, произнес Кадрам.

– Да, государь, – ответил генерал Ашаль. – Но, видите ли, они убеждены, что удача благоволит храбрецам.

– И это для них достаточное основание, чтобы вывести на поле брани столь жалкую армию?

– О государь, они убеждены, что стоит нам отведать холодной стали, как мы тут же бросимся наутек.

Принц возобновил созерцание колышущихся вдали знамен.

– Почему?

– Не могу сказать, государь. Мне кажется, это скорее вопрос веры.

– Странно. – Принц кивнул одному телохранителю. – Принеси-ка мне какую-нибудь холодную сталь.

После краткой дискуссии принцу очень осторожно, рукоятью вперед, подали меч. Принц вначале посмотрел на клинок, после чего с театральной осторожностью лизнул его. Солдаты, наблюдавшие эту сцену, рассмеялись.

– Гм-м, – наконец заключил он. – Должен признать, не ощущаю ни малейшего беспокойства. Может, эта сталь недостаточно охлаждена?

– Лорд Ржав, вероятно, имел в виду метафорический смысл высказывания, о государь.

– А! Очень на него похоже. Что ж, поедем и поговорим с ним. В конце концов, мы ведь цивилизованные люди.

Он пришпорил коня. Генералы последовали за ним.

Принц на скаку склонился к генералу Ашалю:

– А мы обязательно должны с ним встречаться?