Читаем Патриот полностью

– Итак, – небрежно полюбопытствовал он, – и где же у нас сейчас армия? Хотя бы примерно?

– А почему ты спрашиваешь, о полный газов?

– Да так, мы подумывали немного заработать, выступая перед войсками, – объяснил Колон. Он был чрезвычайно горд собственной изобретательностью. – Сами знаете… поулыбаться, попеть, не станцевать экзотический танец. Но для этого нам надо знать, где они находятся, верно?

– Извини меня, о жирный, но понимаешь ли ты, что я говорю?

– Да, очень вкусно, – наугад ляпнул Колон.

– Ага. Так я и думал. Значит, шпион. Но чей?

– Ну надо же! И кому только может прийти в голову отправлять шпионом такого идиота?

– Может, он из Анк-Морпорка?

– Да ну, брось! Разве что он строит из себя анк-морпоркского шпиона. Настоящие анк-морпоркцы вовсе не дураки…

– Ты так считаешь? Они готовят карри из какого-то порошка, и после этого ты считаешь их умными?

– Я знаю, откуда он. Из За-Луня! Они вечно за нами шпионят.

– И прикидывается анкморпоркцем?

– Встань на его место. Если бы ты изображал из себя анк-морпоркского придурка, который разыгрывает из себя клатчца, ты разве не выглядел бы точно так же?

– Но зачем ему притворяться, что он оттуда?

– А-а… это политика.

– Давайте лучше позовем Стражу.

– Ты что, с ума сошел? Мы же с ним разговаривали! Они будут очень… пытливыми.

– Это ты верно заметил. Но я знаю, что делать…

Файфель во весь рот улыбнулся Колону.

– По слухам, вся армия отправилась маршем в Эн-аль-Самс-ла-Лайза, – сказал он. – Только никому не говори.

– В самом деле?

Колон обвел взглядом собеседников. Те со странно-одеревенелым выражением на лицах наблюдали за ним.

– Судя по названию, место довольно крупное, – озадаченно произнес Колон.

– О, просто гигантское, – поддержал сидящий рядом.

Один из сотрапезников издал звук, который можно было принять за сдавленное хихиканье.

– И далеко отсюда?

– Нет, совсем рядом. Практически ты на нем сидишь, – добавил Файфель.

Он толкнул локтем соседа, плечи которого начали сотрясаться.

– О, ясно. И большая армия?

– Большая. И имеет все шансы стать еще больше.

– Отлично. Просто отлично, – заключил Колон. – Э-э… а у кого-нибудь есть с собой карандаш? Готов поклясться, у меня он был с собой, когда…

С улицы донесся шум. Подобный шум способны создать только женщины, когда их много и все они одновременно смеются[16]. Посетители караван-сарая подозрительно уставились сквозь виноградные лозы.

Колон и сидящие рядом привстали и, выглянув из-за урны с виноградной лозой, увидели собравшуюся у колодца компанию. Какая-то старуха каталась от хохота по земле, а девушки, согнувшись пополам, хватались друг за друга в поисках поддержки.

До Колона донеслось:

– Повтори, что он сказал?

– Он сказал: «Чудно́, а у меня он этого не делал!»

– А и правда! – хихикая, согласилась старуха. – С чего бы ему это делать?!

– «Чудно́, а у меня он этого не делал», – повторил Шнобби.

Колон скрипнул зубами. Он узнал тон капрала Шноббса – таким голосом Шнобби имел обыкновение рассказывать всякие байки, от которых в радиусе десяти шагов коробилась древесина.

– …Пршу прстить, – прошипел он уже на ходу, пробиваясь к выходу.

– А вот еще одна история, про коро… про султана, который боялся, что его жена… одна из его жен, когда он уйдет в поход, изменит ему. Не слыхали такой?

– Мы не слышали ни одной истории, похожей на твои, Бети! – задыхаясь, откликнулась Бана.

– Неужели? О, у меня их в запасе тысяча и одна. Так вот, про султана: пошел он к мудрому старому кузнецу, а тот ему и говорит…

– Значит, языки тут чешем, а, капр… Бети? – тяжело отдуваясь после марш-броска, перебил его Колон.

Шнобби ощутил, что настроение женской компании изменилось. Теперь его окружали женщины, рядом с которыми оказался мужчина. Мужчина, про которого точно известно, что он мужчина, быстро поправился он.

Некоторые девушки покраснели. До сих пор они не краснели.

– А почему бы и нет? – злобно возразила Бети.

– Но они… оскорбительные, – неуверенно заявил Колон.

– Э-э… мы вовсе не оскорблены, сэр, – уже тихим, робким голоском произнесла Бана. – Наоборот, нам кажется, истории Бети очень… поучительны. Особенно про человека, который зашел в таверну с очень маленьким музыкантом.