Читаем Патриархи и президенты полностью

Да, Сергей Кужугетович, Вы правы: он ваш человек. Если расшифровать, человек Собчака и Ельцина, Гайдара и Чубайса, Познера и Швыдкова. Вот хотя бы несколько диких, но убедительных фактов, подтверждающих это. Швыдкой учиняет на телевидении, т. е. на всю страну, передачу «Русский фашизм страшнее немецкого». И где ваш Путин? Общественно опасного наглеца надо было судить за оскорбление русского народа, за разжигание национальной вражды и упрятать в тюрягу или выставить вон из страны, как в свое время Троцкого и Солженицына, допустим, в родную Киргизию. Но Путин не посмел проговорить даже словечко протеста. Мало того, этот русофоб до сих пор продолжает занимать какие-то важные посты в области русской культуры, решает такие важные вопросы, как ремонт Большого театра, регулярно ведет цикл передач на телевидении. А где в это время были Вы, Сергей Кужугетович? Тушили пожар на Алтае? Так ведь вот-вот мог вспыхнуть куда страшнее пожар в самой столице. Ну, а после Алтая? Ведь не какой-нибудь забулдыга в присутствии дам матюгнулся, это был плевок наглого инородца в лицо великому народу, сломавшему хребет фашизму.

И разве это был единичный случай! Такому антирусскому хамству нет конца. Вот хотя бы еще такой же наглец — писатель Виктор Ерофеев. Он сочинил «Энциклопедию русской души» и несколько раз переиздал ее. Содержание одного из разделов книги обозначил так: «Русских надо бить. Русских надо расстреливать. Русских надо размазывать по стенке».

Группа профессоров и преподавателей Московского университета обратилась к депутату городской Думы народному артисту СССР Николаю Губенко с требованием изъять книгу из продажи, а сочинителя привлечь к ответственности «в соответствии с Конституцией Российской Федерации». И что гарант Конституции, коим тогда был уже Медведев, воспитанник Путина? И где был ваш Путин? Плевали они оба на профессоров МГУ. И русофоб Швыдкой, и русофоб Ерофеев продолжают похабничать на телевидении.

Сейчас президент и премьер то и дело говорят о диалоге с обществом: «Он необходим, мы приветствуем его, мы всегда готовы!» Проснулись, очухались… Но вот же был подходящий случай. Но — они промолчали.

Они нам раз в год дают образцы своего диалога с обществом в виде телевизионных «бесед с народом»… Недавно мой трехлетний внук что-то натворил. Бабушка Валя сказала ему: «Ваня, что ты наделал! Ведь это курам на смех!» — «Курам? — опасливо переспросил внук. — Они будут смеяться?» — «Конечно!». Ваня помолчал, подумал и вдруг спросил: «А петух?» — «Петух не будет, — ответила бабушка. — Петух — птица важная». У Вани, видимо, отлегло от сердечка.

Так вот, Сергей Кужугетович, над «беседами с народом» президента и премьера, скажите им, смеются не только куры, но и серьезные, знающие свое дело петухи.

* * *

Но завершим начатую тему о русофобах. Есть такой бульдог по кличке Кох, однокашник и друг Чубайса, тот самый, что заправлял делами в Госкомимуществе и кому мы обязаны грабительской приватизацией. Однажды он публично заявил в интервью иностранной газете, что Россия — обреченная, никому не нужная и всем мешающая страна, что нечего с ней церемониться, надо послать десант в составе двух-трех дивизий и отобрать у нее к чертовой матери все атомное оружие. И что? Ему заткнули глотку? Его тотчас пригласили на телевидение, и он повторил это все уже там. А ведь опять же, не пьянчуга в рыгаловке брякнул, а вице-премьер на всю страну. Вице-премьер!.. И где ваш Путин?

И тут нельзя обойти молчанием поведение членов правительства. В Советское время, о котором Медведев порой говорит в таком духе: «Не надо стесняться признавать, что Красная Армия разбила фашистскую Германию; не надо робеть, говоря, что в космос СССР вырвался первым; не надо краснеть, упоминая имена маршала Жукова или академика Курчатова; не надо смущаться, вспоминая своих отцов и дедов», — в то время советские руководители имели свое лицо, свой голос, они, не говоря уж о Сталине, были фигурами, личностями — Калинин, Молотов, Ворошилов, Каганович, Микоян… Маленков, Вознесенский, Булганин… Каждый на свой салтык. Они были понятны, к ним было заинтересованное человеческое отношение. Одного неофициально называли «всесоюзным старостой», о другом говорили «железный нарком», о третьем, четвертом сочиняли стихи и песни: