Читаем Патент «АВ» полностью

– Больше я, милый друг, не помню сказок, – ответил Магараф, когда Педро во время очередной прогулки пристал к нему со своей обычной просьбой. – Сколько знал, все тебе уже пересказал. Давай лучше просто так погуляем.

– А вот моя мама, – сказал огорченный Педро, – моя мама знает сколько угодно сказок!

Вероятно, он хотел вызвать в своем собеседнике дух соревнования, но вызвал лишь чувство любопытства. Никто из воспитанников ни разу не обмолвился о своих родителях или близких. Впрочем, чего было и ожидать от кретинов.

– А разве у тебя есть мама? – спросил Магараф.

– Есть, – горделиво ответил Педро. – Только у меня есть мама! У всех мальчиков и девочек, – он имел в виду воспитанников приюта – мам не бывает, а у меня есть. Она хорошая. – Педро запнулся. – Она… Она еще лучше Игнаца! – нашел он наконец самое убедительное сравнение.

– А кто это такой – Игнац?

– Игнац – это мой брат, вот кто, – важно разъяснил Педро и снова похвастал: – Только у меня есть брат. У всех мальчиков и девочек не бывает братьев, а у меня есть.

Его бритое, в свежих порезах, крупное, с румянцем во всю щеку лицо засветилось задумчивой ребячьей улыбкой.

«Ну, какой он кретин? – недоуменно подумал Магараф. – У этого парня очень наивный, детский, но все же по-своему логичный ум. Великое все-таки дело медицина. Всего каких-нибудь три месяца лечения – и уже какие результаты!»

– А он больше тебя, твой брат?

– Раньше он был больше меня, а теперь стал меньше меня, – ответил Педро, довольный, что нашелся в приюте хоть один человек, верящий, что у него действительно имеются мать и брат.

«Увы! – сокрушенно подумал Магараф, услышав несуразный ответ своего ученика. – Он все-таки кретин!»

Вскоре зазвенел колокол, сзывавший воспитанников ко сну, а Магараф еще долго бродил по опустевшему, погруженному в ночную тьму парку, с тоской подсчитывая, сколько еще суток ему придется провести в компании нескольких десятков равнодушно вежливых сотрудников и шестидесяти двух идиотов.

Через несколько дней в столовой служащих приюта появился небольшой формикоидеадром с комплексом рысистых муравьев, и Магараф, как истый аржантеец, воздал ему должное. Так, к великому огорчению Педро Гарго, почти совсем прекратились их восхитительные вечерние прогулки.

Между тем работа в Усовершенствованном курортном приюте шла своим чередом. День за днем росло и уплотнялось время, отведенное на процедуры. У конвейера теперь практиковались только девушки. Мужчины после утренней зарядки и завтрака были вплоть до обеда заняты стрельбами, водяными процедурами, полезными для координации чувства пространства и цели, греблей и боксом. После мертвого часа воспитанники обучались тому, что доктор Мидруб называл трудовой терапией и что Магараф мог бы назвать саперными работами, если бы ему тогда могла прийти в голову чудовищная мысль об истинном назначении этих процедур. После ужина молодым людям разрешались прогулки по парку в обществе девушек.

В конце февраля к господину Вандерхунту прибыли гости: господин Прокруст и два пожилых господина в штатском, но, судя по выправке, военные. Они пробыли в приюте целый день, присутствовали на всех процедурах и, по-видимому, остались довольны. Поздно вечером, перед тем как отбыть к ночному поезду, они провели несколько часов в кабинете директора. Господин Вандерхунт и доктор Сим Мидруб сделали гостям подробные и весьма специальные доклады.

Общий их смысл заключался в следующем:

Работой Усовершенствованного курортного приюта для круглых сирот практически доказано, что: а) путем прививки «патента АВ» можно в течение нескольких месяцев вырастить из детей в возрасте от трех до четырех с половиной – пяти лет взрослоподобных мужчин и женщин с умом и опытом, оставшимися вполне детскими; б) эти взрослоподобные путем соответствующей тренировки могут быть довольно легко обучены тем элементарным трудовым процессам, которые требуются от нормального рабочего, работающего на конвейере; в) они могут быть достаточно быстро вымуштрованы в доброкачественных водителей управляемых торпед, в водителей, не понимающих, что они идут на верную смерть; г) обучению стрельбе поддаются легко и с охотой, стрелки из них получаются отличные; д) при планомерно проводимом и точно продуманном воспитании эти взрослоподобные дети подчиняются любым приказаниям с покорностью и беспрекословностью, редкой даже у самого забитого взрослого солдата или рабочего; е) всех этих результатов можно достигнуть простейшими болевыми воздействиями, наказаниями в виде лишения пищи и поощрением сладостями.

Гости внимательно выслушали оба доклада, выразили свое удовлетворение, живейшее чувство благодарности, восхищение научным гением докладчиков, попрощались и уехали на вокзал.

Этим инспекторским посещением закончился первый, опытный период научно-педагогической деятельности коллектива доктора Альфреда Вандерхунта.