Читаем Пасынок удачи полностью

— Иди нарви лопуха у клумбы. Он растет как сорняк.

Конечно, это была шутка, но дракон встал и спокойно пошел к розам. Он вернулся с охапкой больших листьев, действительно похожих на наш земной лопух, только запах от него шел сильно пряный. Я с открытым ртом смотрел на довольного Лиана.

Что же сейчас произошло? Я своим желанием могу в своем сознании творить все, что захочу? Может быть. А если… Я пожелал, чтобы появилась Шиза, и… ничего. Не обращая внимания на орка и Лиана, которые стали заворачивать рыбу, уселся и стал думать. Шиза она кто, или что, или кто-что? Ее клетки во мне, мы единое целое, только сознание Шизы в другом измерении. Может, туда можно проникнуть? А как? Пожелать. Я пожелал, и опять ничего. В это время очнулся Брык.

— Командор, что есть месяц? — Его вопрос отвлек меня от размышлений.

— Это, Брык, один из весенних триков на моей родине, и называется он май.

— Вот за что мы тебя любим, командор, — с огромным уважением, почти благоговея, сказал Брык, — что ты самый лучший составитель загадок во вселенной.

— Ну это только в известной вам вселенной, — скромно ответил я. — Это загадка для детей. Ты лучше скажи, что сейчас происходит на корабле.

— Ищут шпионов, командор, — отрапортовал мой секретарь.

— Каких шпионов? — удивился я.

— Тех, кто вас хотел убить током, и тех, кто отрезал доступ к камерам слежения. Допрашивают всех техников, меняют программное обеспечение. Камеры и оборудование утилизировали.

— О как! Интересно.

Эта информация позволила мне взглянуть на мое положение с другой стороны. Если ищут шпионов, то, может быть, удастся этим воспользоваться? Что, если помочь им увериться, что на корабле есть чужие засланцы? По крайней мере я отвлеку часть их сил на мнимую угрозу, и степень моей свободы пусть немного, но возрастет. Кроме того, противник, сбитый с толку, — это почти поверженный противник. Так говорила мне база выживания.

Пусть у меня нет Шизы, но знания, внедренные базами, остались. Я могу управлять даже кораблем… только вручную.

— Брык, сейчас на корабле какое время? — спросил я.

— Ночное, командор.

— Тогда произведем разведку. Становись моим управляющим модулем.

Через мгновение я смог почувствовать свое тело. Открыл глаза и понял, что не в силах пошевелиться. Мое тело было в силовом коконе.

— Брык, отключай эту хрень, — приказал я любителю загадок и опять промахнулся. Тот завис, а я погрузился во тьму. Правда, это состояние продолжалось недолго.

— Что есть хрень? — спросило меня луковое чудо.

— Это, Брык, все, что нам мешает. Сейчас это силовой кокон.

— Будет сделано, командор, — отрапортовал он, и я шлепнулся на пол.

Вот в это время и проснулся мой охранник. Здоровяк удивленно вылупился на меня, лежащего на полу. Я не стал терять время, вскочил и врезал ему кулаком по голове. Правда, уже сформированным в молот.

Я наклонился над поверженным противником и разорвал на его груди рубаху. Мне пришла в голову мысль сделать себе еще одного агента. Превратив указательный палец в острый скальпель, я уже привычно сделал нужный рисунок на теле охранника, полил его своей кровью и прочитал заклинание. На все это у меня ушло минут пять. Пусть лежит и приходит в себя, в нем осталась моя закладка, и в любой момент я могу ее активировать.

Я оделся в его одежду. Брык открыл мне двери в коридор, и я вышел на простор корабля. Мой замысел был, как всегда, прост. Я вообще сторонник простых планов. Пришел, увидел, набил морду и скрылся. Там, где много составляющих, всегда есть риск, что что-то пойдет не так. Мне нужно было что-нибудь повредить и оставить следы преступной деятельности шпионов. Так учил нас в свое время преподаватель контрразведывательной деятельности. Это было отвлечение на ненужный объект.

Я шел в медблок, он был недалеко от моего места заточения, и его я хотел разрушить. Коридор был пустынен, я спокойно дошел до первого поворота, откуда должен был подняться на лифте на уровень выше. Уже поворачивая, увидел спешащего техника с дроном. Не меняя шага, постарался спокойно подойти к лифту и нажать кнопку. Техник подошел и громко засопел за моей спиной. Створки лифта открылись, я вошел первым, повернулся и нос к носу столкнулся с мужчиной лет сорока, с брюшком и вторым заметным подбородком. Тот вытер лысину платком и, как бы оправдываясь, произнес:

— Жарко.

Я только кивнул и отвернулся.

— Постой, парень, — вдруг произнес толстяк. — Я тебя не знаю.

Мысленно про себя чертыхнулся. Надо было забрать жетон охранника. Здесь нет простых специалистов, это же корабль спецназа Сил специальных операций.

Я медленно повернулся к нему, предварительно пожелав, чтобы мое лицо стало черной непроницаемой маской. Чудить так чудить. Последнее, что запомнит толстяк, это безглазое черное лицо.