Читаем Пасынок удачи полностью

Шурзак, открыв рот от удивления, смотрел на то, что произошло с его чудом. Он тоже закашлялся и согнулся, отплевываясь и харкая, а когда поднял голову, то увидел, как из-за завесы пыли выскочили закрученные столбы, они подхватывали поленья, пожитки, закручивали их, гасили костры, сбивали палатки и срывали с повозок холстину. Уносили воинов, расстраивая их ряды, и те, не выдержав, дрогнули, стали отступать. Сначала по несколько бойцов, потихоньку покидавших свои ряды, а потом, побросав оружие, побежали все, стараясь спрятаться в облаке пыли, забыв обо всем. Враг, что разрушил стену, внушал им суеверный ужас.

— Стойте… кхе-кхе… стойте, трусы! Кхе! — откашливаясь, попытался перекричать царящий гвалт шаман. — Отец вас проклянет! Кхе…

Но его не слушали. Паника охватила всех. Бежали орки, бежали лорхи, спасаясь от пыли и смертоносных столбов. Перед шаманом из пыли вынырнул всадник на боевом быке. Он воинственно размахивал мечом и радостно скалился. Шаман отпрянул и создал заклинание вызова. Перед всадником возник огненный человек, он поднял руки и стал формировать огненный шар. Но всадник, не отклоняясь и не сбавляя скорость, проскочил мимо и ударом меча разрубил существо надвое. Оно развалилось и исчезло. Следующий взмах меча обрушился на голову пораженного увиденным шамана.

Шыргун вел в первом ряду атакующих три десятка воинов, что сражались за Худжгарха в других мирах. Они были щитом и мечом всего наступавшего отряда. Облаченные в боевые доспехи, сделанные их кумиром, и вооруженные его оружием, они не знали сомнений и жалости. Набрав скорость, всадники выскочили из-за холма и устремились к беспечно живущему лагерю. Они не орали боевые кличи, а молча и грозно, сплотившись плечом к плечу, несли на своих клинках смерть врагам Худжгарха. На полпути к лагерю впереди них стала подниматься стена земли и пыли. Шыргун выставил вперед руку, и с нее сорвался «торнадо». То же самое сделали остальные гвардейцы Худжгарха.

Десятки заклинаний разорвали начинающую формироваться стену, не дав ей укрепиться, и увлекли разорванные куски в круговерть. Следуя указанному направлению, подхватили мусор, заготовки для дров, животных, попавшихся им на пути, и, набирая скорость, понеслись на выстроившихся в обороне орков.

Эта картина поразила даже Шыргуна, много повидавшего во время службы у Худжгарха. Его сердце наполнилось азартом и восторгом. Вот она, сила их господина! Вот она, его слава!

Он пришпорил быка и поскакал, догоняя тучу из пыли. Он даже не стал рассматривать существо, возникшее перед ним, и просто зарубил его волшебным мечом. А следом и какого-то орка, стоявшего с разинутым ртом.

Еще через час на месте обоза оседлых пылали повозки, валялся вырезанный скот. А степь устилали тела убегавших, но не спасшихся орков. И над всей этой гарью и травой, пропитанной кровью детей степи, витал скорбный дух мщения.

Грыз обходил побоище и, скорбя от увиденного, поднял руки к небу и закричал:

— Страшитесь, неразумные дети, гнева Отца вашего!

Его крик улетел высоко и вернулся через десять лиг к лагерю оседлых. Упал с неба на орков и придавил их, словно непосильный груз.

— Страшитесь, неразумные дети, гнева Отца вашего! — разнеслось по степи.

Умолкли птицы, замер ветер, шевелящий траву, замолчали лорхи. Над лагерем установилась непривычная тишина.

Где-то в открытом космосе.

Капитан пошевелился. Открыл глаза и увидел перед собой пол с ковровым покрытием.

«Я у себя в каюте и на полу», — пришла к нему первая мысль. Он повел глазами и увидел Лиранду Монади, сидящую на стуле. Девушка молча смотрела на него. Ее руки были сложены на коленях.

А она-то что тут делает? Он попытался встать, но резкая боль в голове и неожиданное головокружение не позволили ему подняться.

— Монади, — еле слышно позвал капитан, — помогите мне подняться.

Лиранда живо вскочила и, подхватив капитана под руку, положила ее себе на плечи, напряглась и помогла ему встать. Они сделали пару шагов, и она осторожно опустила капитана в кресло.

— Уф… Так-то гораздо лучше. Листер, что со мной произошло? — морщась и ощупывая шишку на голове, спросил капитан.

— А вы не помните? — Лиранда как-то странно посмотрела на капитана. — Совсем-совсем ничего?

Капитан задумался.

— Помню, что мой адъютант хотел застрелиться. Придурок. Помню, что позвал вас сюда… — Он растерянно посмотрел на девушку. — Но не помню зачем.

Девушка улыбнулась:

— Вы позвали меня сюда, чтобы я проверила вашу связь, сэр.

— Да-да, что-то припоминаю. Вы проверили ее?

— Не успела, сэр. Вы упали. Видимо, потеряли сознание. А я села и стала ждать, когда вы придете в себя.

— Я потерял сознание? А почему вы не вызвали дежурного медика?

— Потому, сэр, что он бы составил отчет, и по прибытии вас могли списать с корабля.

— Мм?.. — Капитан удивленно посмотрел на девушку. Потом взгляд его прояснился. — Ты права, девочка, мне это совсем не нужно. И ты абсолютно правильно поступила. Надеюсь, что и дальше будешь держать рот на замке.

— Не сомневайтесь, сэр, — грустно улыбнулась Лиранда.