Читаем PASSIONARIUM полностью

Под синим куполом Вечного Неба раскинулась от Желтого моря и Желтой реки до Черного моря и Кавказа Великая степь, пересеченная горами, покрытыми густым лесом и серебристыми струями чистых рек. Степь окаймляют бурая пустыня Гоби и бескрайняя тайга – зеленая пустыня, но между этими пустынями много тысячелетий кипит жизнь. Растения питают травоядных животных, а тех съедают хищники, в том числе люди. И этот порядок кажется вечным, а Небо (Тенгри) и Земля-Вода (Йерсу) – неизменными. Поэтому древние тюрки назвали свою державу «Вечный эль», подобно тому как латиняне, построив крепость на семи холмах мутного Тибра, назвали ее «Вечным городом».

Но время беспощадно и всемогуще! Оно губит и возрождает все: государства и культуры, высыхающие озера и горные хребты, рассыпающиеся в осколки, потом засыпаемые пылью пустынь; и даже небо не постоянно: Солнце то вспыхивает протуберанцами, сжигая травы и иссушая реки, то утихает, давая возможность Жизни – биосфере планеты – заполнить погибшие регионы и обновить ландшафты и этносы.

Это понимал замечательный писатель VIII в. Йоллыг-тегин, автор надгробных надписей своему отцу – Бильге-хагану и своему дяде – Кюль-тегину. Гении рождаются во все эпохи, и долг потомков – уберечь память о них от забвения [45, с. 329–349].

Никто не живет одиноко. Древние тюрки не были исключением. При отце Бильге-хагана, Кутлуге Эльгерес-хагане (683–693), «справа (то есть на юге) народ табгач (империя Тан, кит. «Тоба») был врагом, слева (то есть на севере) народ тогуз-огузов (уйгуров)… был врагом, кыргызы, курыканы, тридцать татар, кытаи и татабы – все были врагами» [96, с. 38]. Почему? Откуда такая ненависть? Чтобы ответить на этот законный вопрос, обратимся к истории и исторической географии.

В начале нашей эры в Великой степи господствовали хунны. Это были мужественные, талантливые, свободолюбивые люди, умело отстаивавшие свою родину от империи Хань. Несмотря на то что у китайцев был 20-кратный перевес в силах, они не могли подчинить себе Великую степь [34, с. 38; 62, с. 11]. Но тут на хуннов пала немилость природы. Во II–III вв. в степи наступила Великая засуха. Пустыня Гоби на востоке и Бетпак-Дала на западе отодвинули травянистую степь на север и юг [37, 41, 64], сократив площадь пастбищных угодий и культурных земель. Кони тощали, овцы падали, а хунны стали терпеть поражения. Им пришлось покинуть иссушенную родину. Часть их переселилась в Китай и там погибла, ибо смешалась с китайцами, тибетцами и табгачами, не щадившими побежденных. Неукротимые хунны ушли на запад, где в V в. под предводительством Аттилы потрясли Римскую империю, но после смерти своего царя были истреблены германскими племенами – гепидами, герулами, готами – в 454 г.

Об этом событии сохранилась легенда, по которой последний хуннский царевич с обрубленными руками и ногами, брошенный в болото (озеро Балатон), осеменил волчицу, убежавшую затем на Алтай и оставившую там потомков – хуннов[118].

Но этнос, как и человек, должен иметь не только мать, но и отца. Отцом оказался противник табгачей и друг последних китайских хуннов – Ашина, который спас свой народ, уведя его на Алтай в 439 г. Там обе ветви хуннов объединились, и через 100 лет возник этнос тюрк (множ. число – «тюркют», ибо Ашина говорили по-монгольски и лишь в VI в. перешли на тюркский язык, понятный большинству потомков хуннов) [там же].

Первые вожди тюрков, Бумын и Истеми, создали первый Тюркский каганат от Великой стены Срединной империи – Китая до границы Ирана, а в Крыму столкнулись с Византией. Все этносы Великой степи были объединены тюркским народом, и эта форма государства называлась «эль». Это была система объединения орды – ставки хана – и подчиненных племен – огузов. «Их силами тюрки геройствовали в пустынях севера» [1 б, т. 1, с. 301], а средства на содержание державы они получали в качестве таможенных сборов с купцов, возивших шелк из Китая в Византию.

Византия была союзницей Тюркского каганата, а Иран и Китай находились с ним в постоянной вражде, не умея, однако, одержать окончательной победы. Но беда пришла изнутри. Йоллыг-тегин писал: «…младшие их братья… не были подобны в поступках старшим, сыновья не были подобны отцам, сели (на царство) неразумные… трусливые каганы, и их «приказные» были также неразумны, были трусливы. Вследствие непрямоты правителей и народа… и обмана… со стороны народа табгач (империи Тан) и… вследствие того, что табгачи ссорили младших братьев со старшими и вооружали друг против друга их правителей, тюркский народ привел в расстройство свой эль и навлек гибель на царствовавшего кагана» [96, с. 36–37].