Читаем Паша+Маша=? полностью

От громкого, прозвучавшего с эхом, вопроса она вздрогнула, нога поехала, и Вероничка кубарем слетела с горы до самой воды. Почти сразу же около неё оказался Игорь. Зачем было так орать там, наверху? Он быстро поднял её, посадил, стал осматривать. Ещё в избушке она уже успела переодеться в шорты и маленькую маечку. Ноги и руки поцарапаны, коленки содраны, морда вся в песке.       Ну вот, искупнулась…

– Было же сказано, на озеро – группами. Это тебя так твой ухажёр расстроил, что ты рванула от него без задних ног? Купаться-то будешь? Иди уже, я сейчас аптечку принесу.

Вероника потихоньку разделась до купальника, ранки саднило. Да ещё и Колька припёрся, еле-еле преодолев спуск. Охал, ахал, залез с ней в воду, руку подставлял, пытался поддержать за талию, получил в лоб. Поплыла, он рядом, не расслабиться, не насладиться чистой водой, голубым небом, высокими соснами. Везде он.

– Если ты сейчас же не отвалишь от меня, я за себя не ручаюсь – уже не на шутку рассердилась девушка – Тебе что, места мало? Отплывай от меня, спасатель…

Она легла на спину, озеро было немного солёное, вода раздражала ранки. Надо потерпеть, потом будет легче. Рядом проплыло что-то большое, перепугало, и она рванула к берегу, солнце лупило прямо в лицо. Выскочила на берег и поняла, что это Игорь. Он тоже выходил.

– Садись уже, трусиха, – хихикал он. – Замажем, загрунтуем, кое-где зашьём. И будешь, как новенькая.

– Ты так быстро передвигаешься, я за тобой не успеваю. Даже предположить не могла, что это ты уже в воде –       оправдывалась “раненая” – А зашивать больно? Нет, ну если надо, я потерплю.

Игорь покатился со смеху. Эта девчонка – нечто. За ней так интересно наблюдать. Она – какая-то особенная: все указания выполняет чётко, старается сделать сама, разобраться до конца. Тяготы переходов, жара, ночёвки с комарами, невкусная еда даются ей очень тяжело, это видно. Но скажи ей об этом, уроет и ни за что не согласится признать очевидное. Вот характер. А с другой стороны – хрупкая, совсем не сильная физически, наивная и такая хорошенькая. Он был готов смотреть на неё часами, днями, годами. Эта пианистка всё больше и больше проникала в его сердце, он это окончательно понял ещё вчера, когда сваренная каша была отдана ему, как мужчине, которому надо много есть. Стало так жалко её, что он не выдержал. Улучил момент и сунул ей неположенную по расписанию шоколадку. А она так посмотрела на него, с такой благодарностью, что у него заныло в груди и сжалось сердце…

– Вероничка, солнце моё, совсем шуток не понимаешь? Сильных порезов нет, заживёт быстро. Вот только нога меня волнует. Видишь, опухает? Давай ещё немного поплаваем в холодной водичке, ей это будет полезно. – Он разговаривал с ней, как с ребёнком.

А ей девятнадцать лет.      А ему двадцать три. То же мне, папаша нашёлся.

– Ты, конечно, профи, я даже не претендую и на сотую часть того, что ты знаешь и умеешь. Но я уж как-нибудь сама решу, что моей ноге полезно, – она явно обозлилась на него, ещё и Колька замаячил за его спиной.

Резко поднялась и вскрикнула от боли, не ожидала такого. А в воде совсем не было болевых ощущений. Игорь поднял её и понёс в озеро. Молча. Занёс подальше, отпустил. Молча. Стоял, наблюдал. Молча. Ну вот что ему делать? Он сейчас ощутил такую радость от простого прикосновения к ней, внутри зажглось желание не выпускать её из своих рук никогда. Усилием воли он освободился от приятного груза, всё ещё ощущая на руках тепло её тела. Как пёрышко…

На гору пришлось тащить пианистку на себе. Какое счастье! Сзади с аптечкой пыхтел Николай. Основная масса народа выдвигалась в сторону озера. Все охали, жалели Вероничку. А ей было так хорошо, надёжно, век бы висела так на спине у этого мужественного человека. От него пахло соснами, озёрной водой и чем-то ещё, наверное, им самим…

Сначала в импровизированный душ, потом в дом, усадил за стол. Спасатель принёс “Спасатель”, универсальный крем на все случаи жизни. Уложил Вероничку, замазал, наложил эластичный бинт. Накрыл своей курткой, посоветовал поспать. И ушёл. Она всё это время улыбалась, как-то глупо, словно извиняясь за причинённые неудобства. Так и заснула, вдыхая волнующий запах его куртки…