Читаем Партизанки полностью

Внезапно оборвав очередь, замолчал в десяти шагах партизанский пулемет. Все члены его расчета были убиты наповал взрывом мины. Ни минуты не раздумывая, Марийка бросилась вперед. Перезарядив «Дегтярев», девушка прижимает к плечу приклад, ловит в прорези прицела поднявшиеся в рост фигуры гитлеровцев и, подпустив их поближе, уверенно нажимает на спуск. Пулемет оживает в руках партизанки, длинные, губительные очереди сеют смерть во вражеских цепях…

Кировцы дрались до последнего. Когда же в дисках и обоймах у них не осталось ни единого патрона, горстка уцелевших народных мстителей медленно поднялась из траншей. Коммунисты и комсомольцы шли, не дрогнув, в свой последний и неравный рукопашный бой. Шли, чтобы погибнуть за свое правое дело.

Они остались в нашей памяти героями. И в их рядах отдала, не колеблясь, свою жизнь во имя победы над фашизмом Мария Колпакова…

* * *

…Майской ночью 1942 года над Березиной южнее Бобруйска была выброшена с парашютами группа десантников Красной Армии во главе с капитаном Ильей Шарием. В составе ее на оккупированную землю Белоруссии ступили и две совсем еще молоденькие девушки — Валентина Смирнова и Раиса Пряжникова. Спустя несколько дней группа, преодолев около ста километров нелегкого пути по незнакомой лесистой местности, появилась в партизанском «треугольнике» южнее Осиповичей.

Лагерь десантники разбили поблизости от расположения нашего отряда, всего в трех километрах. И почти тотчас же между партизанами и разведчиками завязалась тесная боевая дружба.

Радировав в Москву о благополучном приземлении, капитан Шарий сообщил в Центр точные координаты своей стоянки и района предполагаемых действий. И вскоре, в ночь на 6 июня, в условленном месте был выброшен новый десант из десяти человек. Среди парашютистов была еще одна девушка, москвичка Нина Морозова. Теперь группа была в полном составе. С этого дня ей предстояло активно и решительно включиться в суровую партизанскую борьбу…

Передо мной лежит общая тетрадь, исписанная крупным, аккуратным почерком. Языком строгим и лаконичным повествуется о событиях давно минувших военных лет, о том, что происходило там, за линией фронта.

Это воспоминания Нины Морозовой. Давайте заглянем в них…

«…27 мая 1942 года провожаем группу капитана Шария. В его группе две девушки: Валя Смирнова, которую за цвет волос и очень живой характер зовем «рыженькой», и Рая Пряжникова…

Завидуем ребятам. Но и нам осталось уже недолго…

В ночь на 6 июня вылетаю с группой, в которой восемь ребят и две девушки — я и Леля Пушникова, студентка одного из московских вузов.

Натруженно ревут моторы «Дугласа». Пролетаем линию фронта. Нас обстреливают, но мимо.

Ясная лунная ночь. Сопровождающий подает команду: «Приготовиться к прыжку!» Одновременно встаем. За плечами — ранец парашюта, впереди — вещевой мешок, сбоку привязана винтовка. Все вместе это весит немало — столько же, сколько я сама. Ноги едва держат, подкашиваются.

Распахнуты оба люка… Карабины вытяжных фал защелкнуты за скобы на бортах самолета…

Я стою третьей справа. Сзади приготовились к прыжку Виктор Соколов и Иван Репин. Леля Пушникова — в левой шеренге. Она первая. За ней — испанец Самуйлик, Геннадий Зелент, Михаил Золотов и Володя Прищепчик.

Пролетаем Березину. Внизу видны огни. Высоко.

Проверив крепление вытяжных фал, инструктор сквозь рев двигателей кричит летчику: «Готово!» И в этот момент происходит непоправимое… Не расслышав слов (в отсеке — грохот и свист ветра), Леля принимает их за команду прыгать. Резко шагнув вперед, она исчезает в черном проеме люка.

Самуйлик, стоящий ближе всех, пытается схватить ее за ранец. Но в руках у него остается только чехол от парашюта. А мы летим и летим…

Наконец после крутого разворота следует долгожданная команда: «Пошел!» Прыгаем один за другим. Прыгаем в ночь, в темноту, в неведомое. Чем-то нас встретит земля?

Короткие доли секунды — и над головой после сильного хлопка раскрывается огромный белый купол. Порядок! Теперь есть время осмотреться. Подо мной, чуть ниже и в стороне, смутно угадываются во мраке парашюты ребят. Один, второй, третий…

Вот и земля. Стремительно лечу мимо деревьев, едва успев прикрыть лицо руками. Приземление мягкое — под ногами болото.

Собрались минут за десять, не больше. Все на месте, кроме одного — Миши Золотова. Его обнаружили лишь под утро. Замаскировав груз, отходим на два километра западнее.

Утром… выясняется, что приземлились мы поблизости от деревни Мезовичи Осиповичского района…

В нашей группе нет радиостанции. Она — у Шария. Движемся к условленному месту для соединения с ним.

Первая железная дорога. Больше часа наблюдаем, а затем переходим ее, двигаясь след в след, спиной вперед. Как выяснилось позже, дорога бездействовала. Ну и смеялись же мы, копируя друг друга при переходе «железки» задом!

10 июня 1942 года. Идем на подрыв эшелона. Идут Самуйлик, Соколов, Курышев, Зелент и я. Передо мной поставлена задача: прикрыть операцию со стороны Осиповичей.