Читаем Партизанки полностью

Задачи, возложенные на нее руководством группы, были нелегкими и крайне опасными: нужно было поддерживать связь с местным подпольем и обеспечивать транспортировку оружия. По нескольку раз в месяц, ночами, минуя вражеские посты, доставляла она из окрестных деревень в Гресск пистолеты, гранаты, боеприпасы, укрывая их потом у себя на квартире. Днем же все силы приходилось по-прежнему отдавать раненым… С утра и до позднего вечера не покидает Ирина больничные палаты, перевязочные.

Несмотря на скудный рацион и нехватку медикаментов, силы у бойцов день ото дня крепли. Вскоре некоторые из них, наиболее оправившиеся, начинают готовиться к уходу в лес, к партизанам. Снабдить их оружием и боеприпасами помогала Ирина.

В сентябре сорок первого из этих бойцов и членов местного подполья под Гресском был организован партизанский отряд. Командиром выбрали Виктора Курганова, человека очень решительного и энергичного. Одной из связных отряда стала фельдшер Калиновская.

А спустя месяц, октябрьским утром, неподалеку от города завязался тяжелый бой между партизанами и фашистами. Под натиском превосходящих сил врага отряду пришлось отступить. Отход своих товарищей прикрывал лейтенант Михаил Лебенков. Долго длилась неравная схватка. Окруженный со всех сторон гитлеровцами, командир Красной Армии держался насмерть, стараясь во что бы то ни стало задержать врага. И это ему удалось. Но вот на исходе последний диск. Вокруг скашивали ветви деревьев осколки гранат, свистели пули. Навылет прострелена рука, а затем и грудь Михаила. Сознание покидает его… Безоружный, истекающий кровью партизан попал в руки фашистов. К вечеру его привезли в городскую больницу Гресска. Гитлеровцам он нужен живым: от него они рассчитывали получить информацию о Гресском подполье, о партизанских формированиях. Однако состояние лейтенанта было почти безнадежным — слишком велика потеря крови.

В борьбу за жизнь командира вступили медики — весь персонал районной больницы во главе с Юрием Войчиком, главным врачом. Разумеется, у них были иные цели, чем у гитлеровцев. День и ночь, сменяя друг друга, дежурили возле раненого фельдшеры, медсестры и санитарки. Вскоре им удалось привести его в сознание.

А городская комендатура едва ли не каждый день наводила справки о партизане: готов ли он к допросам? Однако ответ всякий раз был один и тот же: состояние Лебенкова, мол, все хуже, смертельный исход, видимо, неизбежен. А тем временем Михаил поправлялся. И наступил день, когда по поручению товарищей Калиновская рассказала ему о существовании в больнице подпольной антифашистской организации, о работе ее по спасению раненых бойцов и командиров Красной Армии. Узнав о возможности уйти из оккупированного города, чтобы вернуться в отряд, Лебенков воспрянул духом.

Поздней осенней ночью на связь с командованием отряда в деревню Гацуки отправилась Ирина Калиновская.

Отыскав партизан, она сообщила комиссару отряда о положении дел в больнице, о Михаиле. Решено было любыми путями спасти его, вывести в лес. Договорившись о совместных действиях, Ирина вернулась в город. Здесь ждал ее лейтенант Лебенков. Вполне оправившись от ран, он был готов к побегу.

— Завтра ночью! — шепнула ему Ирина.

И побег состоялся. Ночью Калиновская вывела Михаила из больницы. Их путь лежал глухими извилистыми улочками, в стороне от патрулей и застав, к окраинам Гресска, а оттуда — к деревушке Камень, неподалеку от которой базировался в те дни отряд. Встреча с боевыми друзьями была радостной для обоих. Тепло и сердечно благодарили партизаны Ирину.

На другой день, вернувшись в город, Калиновская узнала тревожную весть: в содействии исчезновению из больницы Михаила Лебенкова гитлеровская комендатура подозревает и ее, за ней установлено наблюдение. Оставаться в городе было невозможно: риск оказаться в лапах гестапо становился слишком велик. Руководитель антифашистской организации Юрий Георгиевич Войчик приказал Ирине, чтобы она немедленно уходила в лес, в отряд Виктора Курганова. Той же ночью вместе с последней группой выздоравливающих командиров и красноармейцев Калиновская покинула город. С собой группа уносила добытые медикаменты, а также остатки оружия и боеприпасов, собранные на квартире Ирины.

Ушли они, как выяснилось, в самое время. Ранним утром следующего дня в больницу нагрянули гитлеровцы: они искали Калиновскую. Однако было поздно — она к тому времени была уже в отряде…

* * *

В рядах партизан я узнал еще одну замечательную белорусскую женщину — медицинскую сестру Ксению Семеновну Огур. Война застала ее в родной деревне Зорька Глусского района, куда она приехала в отпуск после окончания медучилища. Проводив четырех своих братьев в Красную Армию, Ксения и сама вскоре ушла в лес, на партизанские тропы. Произошло это, на первый взгляд, случайно. Во время одного из боев неподалеку от Зорьки взрывом гранаты была ранена группа партизан. Под огнем противника их вынесли с поля боя и доставили в деревню. Хирург Ибрагим Друян тотчас приступил к делу.