Читаем Пароль - Балтика полностью

День за днем все чаще командир полка отмечал отвагу и растущее мастерство Петра Стрелецкого, с которым я познакомился еще на полуострове Ханко летом сорок первого. На Ханко Стрелецкий прошел, можно сказать, академический курс взаимодействия. Он штурмовал, обеспечивал высадку десанта и вел борьбу с вражеским десантом, сопровождал корабли и бомбил плавсредства противника, корректировал огонь кашей артиллерии и уничтожал вражеские батареи. Во многих случаях Петр летал один, часто - ведущим. Тогда же, в сорок первом, вступил в члены партии.

Особую отвагу проявил Стрелецкий, прикрывая идущий на Ханко транспорт с оружием и боеприпасами. Торпедные катера противника попытались уничтожить транспорт.

- Весь огонь и бомбы по головному катеру, - приказал Петр своему штурману и экипажу ведомого МБР-2. Но бомбы упали в стороне. Противник поворотом "все вдруг вправо" вышел из опасной зоны и снова устремился к нашему транспорту. Фашистам удалось пробить бензобак на летающей лодке Стрелецкого. И тогда он решился на последний шаг.

Вот как рассказывал об этом сам Петр:

"- Когда наберу высоту, можете выброситься на парашютах, вас подберет транспорт, а я стукну ведущий катер, - объяснил экипажу.

Ребята молчали.

- Штурман, слышишь?

- Вместе на таран.

- Георгий?

- Вместе будем...

- Тогда огонь и - вперед.

Снизившись, я нацелил самолет так, чтобы ударить катер левым поплавком. До противника 100, 80, 60, 50 метров. Через мгновенье все будет кончено. Прямой наводкой ведут огонь по самолету зенитки. Лобовое стекло превращается из прозрачного в матовое. По катера не выдержали. Головной рванулся вправо, другой - влево, и летающая лодка проскочила. Я развернулся и увидел, как на максимальной скорости уходят от транспорта катера. Вместе с Волковым я гнал их все дальше..."

Транспорт благополучно прибыл на Ханко.

В Первом гвардейском Стрелецкий, после короткого переучивания, уверенно начал воевать на ДБ-3. Торпедоносец был ему послушен в любой атаке - по наземным целям и морскому противнику.

Балтика - огненное поле боя

"Секреты" торпедной атаки

Обстановка в начале Великой Отечественной войны требовала сосредоточения авиации флота на сухопутном фронте. Лишь отдельными эпизодами были удары по кораблям. Но именно эти эпизоды должны были помочь Борзову в определении тактики будущих операций на Балтике.

Требовалась и определенная психологическая перестройка. Атак на море не было так давно, что о грозном оружии летчикам напоминали лишь самолетные торпедные замки, снимавшиеся лишь однажды на Кагуле. В первую очередь полезно было возобновить полеты всей бригады на море, но этого не позволяло положение дел на фронте. Значит, продолжая участвовать в сражениях на сухопутном фронте, надо использовать обретенный опыт бомбежки точечных целей под огнем зениток и истребителей. Борзов с головой ушел в новое дело. Он изучал тактику на разных этапах применения самолетов в борьбе с вражеским флотом, осмысливал информацию, приходившую с других театров мировой войны. Зачисление Борзова в Военно-морскую академию, конечно, вновь откладывалось. Но Иван Иванович учился, штудировал историю морских войн, а главное - по крупицам собирал и обобщал боевой опыт немногочисленных, но поучительных победами и неудачами торпедных атак. Умение глубоко анализировать помогло выработать рекомендации, которые заинтересовали командование соединения и ВВС флота.

Инспектируя полки, как и прежде, летал на боевые задания. Теория и практика, соединенные воедино, рождали у Борзова смелые планы. Для их осуществления приходилось больше работать в полках, советоваться с боевыми летчиками, штурманами, торпедистами и минерами и каждую победу в полетах над морем, как и неудачу, исследовать.

По-новому предстали перед Борзовым морские бои, проведенные Героями Советского Союза Крохалевым, Челноковым, Ефремовым, Плоткиным, Еречишниковым в самом начале войны. Уже не сам факт боя, не победа привлекали внимание инспектора, а то, как проходил бой, как действовали летчики и как противодействовал противник. Он занимался анатомией морских сражений.

Особо пристальное внимание Борзова привлекали действия однополчанина Героя Советского Союза Василия Балебина, с которым Иван Иванович воевал еще в финскую.

В сорок первом Василий потопил транспорт, канонерскую лодку и сторожевой корабль. 11 июля 1942 года во время "свободной охоты" потопил гитлеровский сторожевой корабль. Командующий флотом вице-адмирал В.Ф. Трибуц прислал отважному летчику поросенка. Вспомним, что это было в голодное время Ленинградской блокады. С тех пор каждому гвардейцу, добившемуся победы на море, вручали за обедом поросенка и называлось это "балебинским поросенком". Василию Алексеевичу досталось 8 поросят - по числу фашистских транспортов и боевых кораблей, потопление которых летчик подтвердил фотодокументами. Балебин широким жестом приглашал однополчан к лакомому блюду. Однажды он так распределил поросенка, что сам не отведал ни кусочка. Вот тогда-то и открыл тайну.