Один за другим стоят стальные (еле видимые верхушками) аэропланные ангары. Провожающий нажимает кнопку, и легко, плавно электричество отводит невероятную несгораемую дверь. За дверью аккуратненькие, блестящие аэропланы — вот на шесть человек, вот на двенадцать, вот на двадцать четыре. Распахнутые «жилеты» открывают блестящие груди многосильнейших моторов. С каким сверхлуврским интересом лазим мы по прекраснейшим кабинкам, разглядываем исхищрения и изобретения, любезно демонстрируемые провожающим летчиком.

Рядом второй — ремонтный ангар. Показывают одни обломки, — вот в этом летели через Ламанш, и сошедший с ума, в первый раз влезший пассажир убил выстрелом из револьвера наповал пилота. Погибли все. С тех пор пилотов и пассажиров размещаем иначе.

Рядом обивают фанерой длинненькую летательную игрушку. С гордостью показывают особый холст на крыльях — не уступит алюминию, не секрет.

Переходим через аккуратную, небольшую таможню на гладко вымощенную площадку.

Грузятся два 24-местных аэроплана. Один в Лондон, а другой в Швейцарию.

Через минуту вынимают клинья из-под колес, аэропланы берут долгий разбег по полю, описывают полукруг, взвиваются и уже в небе разлучаются: один — на север, другой — на восток.

Хорошо-то хорошо, только бы если отнять у этих человеко-птиц их погромные способности.

Перед уходом мы, с трудом изъяснявшиеся все время с нашим любезным провожатым, пытаемся с тем же трудом его поблагодарить. Француз выслушал и потом ответил на чисто русском языке:

— Не стоит благодарности, для русских всегда рад, я сам русский, ушел с врангелевцами, а теперь видите…

Серьезную школу прошли! Где только русских не раскидало. Теперь к нам пачками возвращаются «просветленные».

Что ж, может быть, еще и РСФСР воспользуется его знаниями.

Вот Франция!

А за всем этим памфлетом приходится сказать — ругать, конечно, их надо, но поучиться у них тоже никому из нас не помешает. Какая ни на есть вчерашняя, но техника! Серьезное дело.

[1923]

Комментарии

Париж. Быт. Впервые — газ. «Известия ВЦИК», М., 1923, 6 февраля.

Жоффр, Жозеф (1852–1931) — французский маршал, главнокомандующий французской армией в первую мировую войну, один из организаторов иностранной интервенции против Советской России.

…на банкете, устроенном по случаю моего приезда художниками Монмартра… — Банкет состоялся 24 ноября 1922 года.

Скобелев, Матвей Иванович (1885–1939) — работник Наркомата внешней торговли.

Бахметьеву в Вашингтоне. — Многие дипломатические представители царской России после победы Великой Октябрьской социалистической революции отказались подчиниться советскому правительству и продолжали незаконно именовать себя «послами» России.

Мережковский, Дмитрий Сергеевич (1866–1941) — русский писатель-декадент и реакционер, после Октябрьской революции — белоэмигрант, один из наиболее злобствующих врагов Советского Союза.

Бунин, Иван Алексеевич (1870–1953) — русский писатель, с 1920 года проживал за границей.

Блок, Александр Александрович (1880–1921) — великий русский поэт. Приветствовал Великую Октябрьскую социалистическую революцию и был в рядах первых строителей советской культуры.

…разный смысл «12»… — Речь идет о поэме А. Блока «Двенадцать».

Дюшес де Клармонт — герцогиня де Клармонт.

Монпарнас — район Парижа.

Сидят с величественностью Рамзеса… — Рамзес II, египетский фараон (1317–1251 до н. э.).

Тюльерийский сад — парк в Париже.

«Диле» — берлинские кафе, в которых посетители танцуют.

Фореггер, Николай Михайлович (1892–1939) — советский режиссер, руководитель творческой мастерской.

Узкая и без того коммунистическая полоска еще сузилась с отъездом коминтернцев в Москву. — Во время пребывания Маяковского за границей в Москве работал IV конгресс Коминтерна (5 ноября — 5 декабря 1922 года). В его работе приняли участие несколько коммунистов — депутатов французского парламента.

Пере, Рауль (1870–1942) — председатель французской палаты депутатов в 1922 году.