Читаем Парфюмер Будды полностью

– По возрасту вы не похожи на тех, кто бежал в 1959 году, – удивился Гриффин. Монахине на вид было лет двадцать восемь или тридцать.

– Мои родители были его последователями. Я там родилась. Моей оболочке двадцать восемь лет.

Гриффин встречал других буддистов, которые считали свои тела пристанищем перерожденных душ. Оболочка – в том, как женщина произнесла это слово, было что-то интригующее.

– Позвольте объяснить, почему мы завели вас в центр этого парка, решив, что вы обеспокоены судьбой мистера Л’Этуаля так же, как и мы.

– Конечно, я обеспокоен.

– Его Святейшество надеялся встретиться с мистером Л’Этуалем во время своего визита на следующей неделе, – сказала монахиня. – Поэтому, когда мы прочли о том, что он пропал, мы встревожились. У вас была возможность видеть древний артефакт до того, как пропал мистер Л’Этуаль?

Значит, у Робби была намечена встреча с ламой.

– Да, я работал с ним в течение нескольких дней.

– Вы успели закончить перевод?

– Не до конца. Остались фразы, которые мне не удалось выстроить, и непроработанные нюансы.

– Но то, что вы перевели, свидетельствует о том, что содержимое флакона было инструментом памяти, помогающим вспомнить прошлые жизни?

– Там упоминается о любви из прошлой жизни, да. Так называемая родственная душа.

– Это интересно, но не столь удивительно. В литературе о реинкарнации много внимания уделяется родственным душам.

При звуке свистка закипевшего чайника монахиня встала.

– Простите, приготовлю чай. – Зайдя за статую, она сняла чайник с электроплитки и взяла поднос.

– В часовне?

– Существует буддийская чайная церемония, Чан-ти, уходящая корнями глубоко в историю, во времена Западной Династии Джин, когда в храме Таньчжэ зародилась традиция, помогающая открыть человеку истину и привести его к просветлению. – Монахиня разлила кипящую жидкость по чашкам. – Тамошние монахи собирали и сушили листья, потом заваривали чай, который, как они выяснили, помогал при длительных медитациях.

Гриффин выпил горячего, ароматного отвара.

– Очень вкусно.

– Да, это так. Но мне не хватает масляного чая, который готовила моя мама, – сказала монахиня, поставив на поднос свою чашку.

Гриффин кивнул.

– Я пробовал ячий масляный чай ча-суйма.

– Он превосходный. Точно так же масляные свечи дают более мягкий и теплый свет, чем эти, – печально произнесла она.

– Тибет прекрасная страна.

– Была прекрасной. И будет снова. Политическая ситуация разрушительна для нее, и это чудовищно.

– Согласен, – произнес Гриффин, почувствовав, что они приближаются к сути их встречи.

– Мистер Норт, у нас есть всего два дня. Его Святейшество прибывает в Париж. Он очень стремится поделиться инструментом памяти со своими последователями. Если имеется хотя бы какой-то шанс найти его… отыскать мистера Л’Этуаля, мы готовы предложить свою помощь.

– Полиция делает все возможное, чтобы найти Робби.

– Полиция? – Удивительно, но в голосе монахини послышался цинизм. – Канцелярская волокита не позволит им работать с нужной расторопностью, чтобы закончить дело вовремя. Мы хотим помочь вам и сестре мистера Л’Этуаля найти его.

Когда инспектор ушел, Жас попросила Гриффина помочь в поисках Робби. Она не сомневалась, что брат жив и пытается связаться с ней. Телефонный звонок в первый день ее приезда в Париж, когда кто-то молча дышал в трубку. Ботинки и бумажник Робби, найденные в долине Луары. Аромат Верности, которого здесь не было раньше. Она не сомневалась, что Робби пытался сообщить ей: «Я жив. Найди меня. Помоги».

Но как лама и эта монахиня узнали о планах Жас и Робби?

– Мы должны найти мистера Л’Этуаля раньше китайского правительства. Они изо всех сил стараются дискредитировать Его Святейшество, издавая законы о реинкарнации, чтобы быть уверенными, что никогда больше не будет найден ни один лама за пределами их провинций. Это не значит, что они верят в реинкарнацию, скорее они не хотят допустить, чтобы Тибет вышел из-под их контроля.

– Понимаю.

– Мир нам сочувствует, но одних добрых слов мало. То, что нашел мистер Л’Этуаль, могло бы стать сильным оружием в нашей борьбе. Даже если не осталось ничего, кроме легенды, слово тоже является мощной силой. Если мы сможем хотя бы предположить, что существует способ точно определить, кто есть истинный реинкарнированный, а кто нет, то мы сможем подвергнуть сомнению действия китайского правительства в Тибете, сможем контролировать его и вдохновлять наше движение.

– Мы говорим о мифе, начертанном на глиняных черепках.

– Что есть миф? – спросила монахиня.

– Рассказ.

– Правдивый рассказ?

– Нет. Это эмоциональная духовная и этическая карта, составленная для людей, чтобы они могли по ней ориентироваться.

Монашка покачала головой, словно ответ ее разочаровал.

– Что заставляет вас думать, будто Робби жив, и сестра его ищет? – спросил он. – Откуда вам известны ее планы?

– Знаете, что такое тульпа?

– Знаю, – ответил Гриффин. Странно, что всего неделю тому назад Робби упомянул о тульпах, существах, созданных мыслью просветленных монахов.

– Думаете, они реальные существа?

– Нет.