Читаем Парень — что надо! полностью

По цвету Костик даже издали узнавал, что там, на островках. Потемнее — держи-дерево, посветлее — кизил. Между островками трава сочнее, чем на открытом месте. Ярко цветёт колючий чертополох.

На прямо вскинутых ветвях кизила розовеют продолговатые плоды. Им ещё зреть и зреть. Пожалуй, перед самым учебным годом, не раньше, можно прийти сюда и набрать ведёрко кизила.

Близко застрекотала сорока: кого-то предупреждала о появлении посторонних. В траве зашуршала ящерица, Жулька бросился вдогон.

— Назад! Жулька, кому говорю!

Увлечённый охотой, Жулька не слышал Костика, а может, сделал вид, что не слышит. Костик вслед за ним юркнул под куст и повис — в рубашку вцепилось держи-дерево.

Жулька потерял след и громко лаял, наверное, хотел обмануть ящерицу: мол, вижу тебя, вылезай, всё равно не скроешься!

Костик дал задний ход и с трудом выбрался из объятий держи-дерева. Кожа на руках и спине горела — исцарапался.

— Жулька, как тебе не стыдно! Неладный ты, Жулька! — корил Костик друга.

Тот понял, что нехорошо поступил — вылез из-под куста, лёг, покорно ожидая наказания.

— Ладно, на этот раз прощаю, — сказал Костик. — В другой раз не смей своевольничать. Пошли!

Жулька послушно брёл за Костиком, его не привлекла даже большая белая бабочка, трепыхавшая над травой.

Жара спадала. Потянуло влажным ветром, край неба всё больше заволакивало тучами. Темнее и гуще становились нити, связавшие на горизонте землю с тучами. Ветер принёс слабую прохладу и мог пригнать дождь.

«Не ко времени он, — с досадой подумал Костик. — Хоть бы стороной прошёл. На леса далёкие-далёкие пролился бы, на горы…»

А он был недалеко, этот нежеланный дождь. Где-то там, где начинался Убегай, дождь уже шёл. Костик и Жулька подошли к речке — воды в ней заметно прибавилось. Моста в этом месте не было, речку переходили по камням. Теперь камни заливало. Они едва виднелись из-под воды. Рискованно скакать по ним — поскользнёшься. А прямо по воде идти страшновато — течение быстрое, воды много, потоком может с ног сбить. Что же делать? Если в обход направиться, много времени уйдёт. Надо перебираться здесь. Что он — трус какой? Что — не решится он? Перед Жулькой стыдно за эти колебания. Вперёд, Костик Герасимов! Поудобнее обхватив одной рукой Жульку, другой, с сандалиями, балансируя, Костик ступил в речку. Поток бил по ногам, пенился и шумел. С каждым шагом речка становилась глубже. Вернуться? Но уже середина Убегая. Вода — по пояс. Костик стоял, не решаясь шевельнуться. Казалось, любой шаг — назад ли, вперёд ли — опасен: потеряешь равновесие, шлёпнешься в воду и понесёт она, стукая о камни. И никого на берегах, не от кого ждать помощи.

Пёс едва слышно скулил, тыкался мордочкой Костику в шею — Жулька боялся, Жулька ждал спасения от Костика. И Костик переборол страх: он делал маленькие шажки, совсем маленькие, но каждый такой шажок вёл к берегу, что впереди. Прежде чем опустить ногу, Костик ощупывал дно. А опустив ногу, ждал — не вымывает ли из-под неё камней? Только затем он переносил на эту ногу всю тяжесть своего тела и поднимал другую. Хотелось побыстрее перейти речку, но Костик сдерживал себя: он не только себя спасал, но и своего друга Жульку, маленького, неуклюжего, напуганного и доверчивого друга!

Шажок!.. Ещё шажок! Ещё один шажок!..

Берег!

Костик вышел на сухое и сел, усталый, взволнованный и обрадованный. Не сдрейфил! Не повернул назад, а пошёл напрямик! Сам спасся и друга спас!

Жулька тоже радовался — прыгал на руках, лизал Костика в подбородок: хвалил и благодарил друга, смелого и верного друга Костика.

С одежды текло, под Костиком образовалась лужа. Он поднялся, осмотрелся: где укромный уголок найти? В нескольких шагах от берега, на подъёме, перед старым покосившимся плетнём густо росла бузина. Кое-где её повредили свиньи, сделали проходы, повалив стебли и разрыв землю, — искали, что бы поесть. По одному из проходов Костик забрался в глубину зарослей. Запах бузины — до головокружения, но куда денешься? Он снял с себя всё, выжал и развесил на кустах, чтоб хоть слегка просохло.

Жулька норовил удрать, но Костик держал его, убеждая:

— Заблудишься, непутёвый, или на кабана наскочишь. Покусает он тебя, наплачешься.

За разговором и время быстрее летит и не так жутко: по верхушкам кустов ходит ветер, таинственно шумит. Как в джунглях. Костик в джунглях не бывал, но представляет, что так же шуршит бамбук, когда к водопою пробирается тигр…

Часов у Костика нет, но потому, что солнце еще высоко, он определил, что сидел в зарослях недолго. Можно было одеваться — что не совсем высохло, на нём досохнет.

Пока дошагал до центра станицы, одежда просохла, а от страха, пережитого на стремнине Убегая, и следа не осталось.

Центр станицы — это большая площадь с памятником Ленину, окружённым цветником и ёлочками.

По сторонам площади стоят здания сельского Совета, правления колхоза, магазина, кафе «Встреча». На площадь выходит и станичный парк. В глубине парка строится новый Дом культуры. Стены уже возведены — на самой высокой бьётся красный флажок.