Читаем Паранормальное рядом полностью

– Слушай, я не успел тебе рассказать, ты с порога такой веселый зашел, а тут… В общем, пока тебя днем не было, ко мне сюда зашла одна интересная дама средних лет, слухи рассказывала и все тебя от этой затеи отговорить пыталась. Она сказала, что уже разговаривала с тобой на эту тему. И она и Верунька, но ты их слушать не стал, вот теперь через меня к тебе достучаться пыталась. Ты, вообще, в курсе про слухи? Что Зои нет больше, она теперь призрак, который людей ворует, про книгу какую-то, про знахарок, которые здесь у вас в скором времени собраться должны? Что ты мне про это дело не договариваешь, и кто такая эта Верунька?

С Антона разом слетело веселье, его глаза посерьезнели. Только что передо мной сидел молодой, веселый парень, а теперь я видел в нем человека, измученного нерешенными проблемами. Немигающим взглядом участковый уставился в стол и превратился в старика, которому без малого тридцать лет.

– Слухи, говоришь? Слухи-то я слышал. Я тебе больше скажу, вот где они у меня уже, эти слухи, – Антон неожиданно посмотрел мне в глаза и показал ладонью поперек горла, – ты веришь, что во сне можно человека найти? – вот и я не верю, – не дал он мне даже задуматься над вопросом. А Верунька кто? – да бабка-целитель местная. У нас тут в каждой деревне таких по одной на улицу, а вместе они, так вообще – сила, во всяком случае, так они про себя думают. Учат друг – друга, мастерство передают от бабки – к внучке, от внучки – к Жучке, – не весло пошутил Антон, – а мне-то что с этих знаний? Мне человека найти нужно, а если нет его, то мне доказательства нужны. Доказательства и виновные, которые должны за это ответить. И про темную книгу мне они все уши прожужжали, что ее нужно найти и сжечь в лесу. Их послушать, так целая схема получается, преступный заговор. Темный человек заманил невинную деву на берег озера и утопил ее там, – неумело попытался сымитировать Антон чей-то скрипучий старческий голос, – а потом тот темный человек дал в руки друзьям погубленной девы черную книгу и научил, как воззвать ее в наш мир обратно. И что мне с разговоров с этих? Мне так и записать в протокол? А тело где? Ищи следы на берегу пруда, – снова проскрипел Антон, – а ты знаешь ли, Макс, сколько у нас тут прудов в округе? Ты хоть представляешь сколько их тут? А человек этот темный, мне, блин, кого искать? Вот про подростков с книгой, это уже ближе к истине. Про книгу не знаю, но подростки присутствуют. В общем-то, за этим тебя сюда и пригласили, они на кладбище по ночам собираются и хулиганят там. Я догадываюсь наверняка кто это, а как ты всех их на камеру снимешь, мне сразу будет что предъявить им. Поговорю, попугаю, а там, глядишь, может быть, эта ниточка и к Зои выведет, или к ее убийце, если этим знахаркам верить.

Я слушал и ел. В словах участкового была обыкновенная житейская истина, с которой не поспоришь.

В десять часов вечера мы выехали по направлению к кладбищу, до которого могли бы и пешком дойти, для городского человека эти расстояния казались смешными. Антон остановил машину в стороне от дороги, забрав из девятки кобуру с пистолетом, и вполголоса пригласил меня следовать за ним. Мы спустились с дороги вниз и шли по узкой, извилистой канаве. Несколько раз, пока я стоял внизу, Антон вскарабкивался наверх, оглядывался по сторонам и вел меня дальше. Наконец, мы вышли к небольшой березовой роще, расположенной с другой стороны кладбища. Усевшись за деревьями, мы принялись наблюдать. Я достал камеру, включил ее и попробовал посмотреть через объектив на окрестности, чтобы оценить качество съемки. Качество было так себе, уже стемнело и стоячие объекты: столбы и деревья хорошо подсвечивались дорогой импортной телекамерой, но с движущимися объектами, это я знал по опыту, все совсем иначе. Объект, находящийся в движении, объектив не успеет высветлить, все человеческие силуэты будут не четкими и расплывчатыми, даже с близкого расстояния. А уж о расстоянии в сто метров, которое отделяло нас от предполагаемых объектов для съемки, и говорить нечего. Глаз человека устроен хитро: зрачок постоянно расширяется и сужается, чтобы сфокусироваться на определенных деталях в темноте. Мы этого не замечаем, но это так. Объектив телекамеры, пусть даже дорогой и импортной, наверное, будет почувствительней, чем человеческий глаз, но все равно, чудес от такой съемки ждать не приходилось. Все это я кратко изложил участковому.

– Ну а что делать? Ты постарайся, конечно, но как получится – так получится, – отмахнулся Антон.

Мы прождали еще чуть больше получаса. Наконец, Антон заговорил: