Читаем Парад теней полностью

— На самом деле! — слегка завелся младший лейтенант.

— Ну, ладно, ладно, — успокоил его Сырцов. — Где вы стояли с водилой, когда он побежал?

— Где мы сейчас стоим.

Сырцов покадрово, как бы фотографируя, запечатлел в памяти столб с фарой, стоявший перед ними, забор детского садика за столбом, пышную растительность на территории садика, лампу над входом. Потом продолжил:

— Сколько пуль оказалось в Горбатове?

— Две. Одна в ляжке. Но она не осталась. Ушла неизвестно куда.

— От пули в ляжке не умирают.

— Зато от пули в сонную артерию умирают почти мгновенно.

— Значит, вторая попала в шею?

— Угу. И тоже ушла.

— Кто из вас убил Горбатова? — жестко спросил Сырцов.

— Не знаю, — глядя на утоптанную до окаменелости землю, ответил Валерий и носком ботинка резко отфутболил попавший на глаза камешек. — И никто не знает.

— Ты сколько раз выстрелил?

— Один.

— А водила?

— Два раза. Он первым пистолет вытащил.

— Как вошла пуля? Со стороны лица? Спины?

— Неопределимо. Мягкие ткани. Но я думаю, со стороны лица. Уже взобравшись на забор, он вдруг обернулся.

— До первого выстрела или после?

— Точно не помню. А по ощущению вроде бы одновременно с выстрелом.

— Погубили паренька, — задумчиво протянул Сырцов.

— Убийцу, — обиженно возразил Валерий.

— Я тебя ни в чем не виню, Валерий, — успокоил младшего лейтенанта Сырцов. — Ладно, теперь хотя бы ненадолго на стадион подъедем, а? попросил московский гость.

— Чего ехать-то, туда идти пять минут, — удивился Валерий.

— Тогда пойдем.

Дорога поднималась в гору. Они шли быстро, напрягаясь, и поэтому было не до разговоров. Только выйдя на прямой главный проспект, Валерий, переводя дыхание, спросил:

— Вы — сыщик?

— Я веду журналистское расследование, — неопределенно ответил Сырцов.

— Но вы — сыщик? — настаивал Валерий.

— Был им, — согласился Сырцов.

— И в милиции работали?

— Работал.

— В МУРе? — продолжал допрос настырный младший лейтенант.

— И в МУРе, — вынужден был признаться Сырцов.

— Это хорошо, — почему-то одобрил Дмитриев.

Вот он, гордость города — новенький стадион… У ворот, сбившись в плотный кружок, страстно общались болельщики.

— Никчемные люди, — убежденно осудил их Валерий.

Сырцов вспомнил Деда, смотрящего футбольный матч по телевизору, параноический его неотрывный от экрана взгляд, непроизвольно дергающуюся при ударе по мячу футболиста любимой команды правую ногу, стоны, рык, восторженное аханье… Вспомнил и улыбнулся.

— Больно ты суров, Валерий.

— А-а! — отмахнулся младший лейтенант, не разделяя сырцовский либерализм, и, миновав ворота, указал: — Здесь!

— Где — здесь?

На поле стадиона вела широкая многоступенчатая лестница. Они стояли у ее подножия.

— Да здесь, на лестнице, — удивившись непониманию Сырцова, повторил Валерий.

— Где на лестнице? Вверху, внизу, справа, слева?

— Вот здесь, — упрямо повторил младший лейтенант. — Прямо посередине лестницы, напротив ворот. А упала она на шестой ступеньке, если считать сверху.

Сырцов, взбежав по лестнице, замер на шестой ступени.

— Я — Дарья. Как он выстрелил в меня, окруженную толпой, и никого не зацепил? Кстати, сколько раз он стрелял?

— Судя по обойме, трижды, — доложил Валерий и поднялся к Сырцову. — Но в данном случае пуль не нашли.

— Откуда он, по-твоему, стрелял?

— С нижних ступенек. Единственная пуля, попавшая в Дарью, прошила два ребра справа и снизу, пробила сердце и, разворотив левую плечевую сумку, ушла.

— Стрелял в упор?

— Нет. На красном пальто никаких пороховых подпалин. Только дырка.

— Что за пистолет у него был?

— "ТТ" сорок шестого года.

— Концов по нему никаких?

— Обрываются на распределении его в несуществующую ныне военную часть.

— Это по заводским архивам. А по архивам Министерства обороны?

— Никаких данных там не обнаружено.

— Ну распустились, бездельники! — осуждающе изумился Сырцов и, отвлекшись от забот, заинтересованно оглядел стадион. — Шикарное у вас спортивное сооружение.

— Как местная команда в высшую лигу вышла, так и отгрохали. Пятнадцать миллионов долларов вбухали, а зарплату учителям по полгода не выдают.

— Кто же это отгрохал, вбухал и не выдает?

— Как кто? Правители ваши московские! — убежденно воскликнул младший лейтенант.

— Думаешь, что много знаешь, младший лейтенант, — рассмеялся Сырцов.

* * *

— Удачно? — спросила Ксения. Она сидела в холле их шестого этажа и напряженно смотрела по телевизору очередную порцию латиноамериканского сериала. Отвлеклась только тогда, когда Сырцов осторожно положил руку ей на плечо.

— Лучше бы в номере отдохнула.

Она слезла с дерматинового кресла, выключила телевизор, вздохнула и повторила вопрос:

— Удачно?

— Скорее «да», чем "нет", — осторожно ответил он. — Ну а ты где была?

— Всюду, — похвалилась Ксения.

— Ну что же, пойдем ко мне в номер, я тебя кофеем напою, — вздохнул Сырцов.

— Что ты пригорюнилась. Фильм переживаешь? — Сырцов поставил чашку с кофе на подлокотник кресла.

— Чашку уронишь, — предупредила Ксения.

— Не уроню. — Он поднялся, поставил чашку на стол, легким ударом сильного указательного пальца выбил Ксенину руку из-под щеки и спросил совершенно серьезно: — Что случилось, Ксюша?