Читаем Парад Победы полностью

Нельзя не обратить внимания на то, что реакция на открытие второго фронта со стороны немецкого командования была удивительно слабой. Некоторые военные источники утверждают, что немцы «устали» ждать эту высадку. Другие говорили, что Гитлер якобы высказывал мысли вообще о неспособности англо-американцев высадиться на Западном и Северном побережье Франции, и тем более в Бельгии и Голландии. Допустим, что эти факторы могли иметь место. В подтверждение этого приводятся даже такие примеры: командующий группой армий «Б» генерал Роммель был в момент начала операции в пути из ставки Гитлера, _[345] а командир 84-го армейского корпуса, который оборонял район устья Сены, вечером 5 июня пышно отмечал день своего рождения, и это торжество затянулось далеко за полночь и т. д.

И все-таки, почему пунктуальные и дотошные немцы проявили такую небрежность, беспечность и даже равнодушие к тому, что на крошечной территории Великобритании сосредоточилась такая огромная армия, а в ее портах собралась невиданная армада кораблей США и Англии? Это в приволжских просторах советское командование могло «спрятать» от всевидящего ока немецкой разведки группировку войск, предназначенную для контрнаступления под Сталинградом. Но здесь, под носом у Гитлера? Нет, совершенно невозможно, чтобы немцы прозевали и подготовку, и саму высадку.

Любопытное признание сделал Б. Монтгомери в своей работе «Нормандия для Балтики»: «…На всем пути корабельной армады из контрольного района к югу от острова Уайт, как докладывал мне адмирал Рамсей, со стороны противника не было оказано никакого сопротивления, и это было настолько необъяснимо, что все движение казалось окруженным атмосферой нереальности…» (с. 43).

Попытаемся все же это «необъяснимое» объяснить.

Советский Союз за годы войны обретал все новые и новые силы, а к лету 1944 года непоколебимо утвердился в мире, как Великая держава. Советская Армия фактически очистила территорию нашей страны от оккупантов и уже была готова самостоятельно разгромить Германию и полностью освободить всю Европу. Союзники СССР продолжают его поддерживать, и их число растет. Коалиция же Гитлера разваливается, а сама Германия уже стоит на пороге роковых итогов. Всем ясно, что Сталин ни на какие компромиссы с Гитлером не пойдет и будет требовать полной и безоговорочной _[346] капитуляции. В то же время у Гитлера, несомненно, были варианты найти понимание на Западе. Почему? Да потому, что вся политика Запада во время Второй мировой войны — это сплошные предательства и измены. Да и социально-политический строй Германии по духу идентичен странам Запада. Неспроста Гитлер еще с начала мая 1941 года в Лондон забросил самого близкого своего человека — Гесса. И то, что он, Гесс, свою миссию не довел до конца, не означает, будто надежды Гитлера на Запад были исчерпаны.

Наоборот, чем ближе становилась развязка, тем логичнее были предположения о том, что Гитлер, чтобы сохранить ядро своей стратегии, будет искать временные компромиссы с Западом — в расчете, что последний повлияет на Советский Союз, который, свободно вздохнув после разгрома и выдворения оккупантов со своей земли, возможно, прислушается к доводам США и Англии.

С учетом всего этого выгодно ли было Гитлеру впускать англо-американские войска в Западную Европу? Несомненно! Здесь он видел благоприятные для себя возможности быстрее прийти к примирению. К тому же как «аварийный» этот вариант мог открыть пути англо-американцам в походе на Германию, не допустив при этом проникновения сюда советских солдат.

Гитлер пока еще не допускал мысли, что Германию постигнут полные крах и разгром. Он еще на что-то надеялся и искал выход из тяжелейшей ситуации.

С одной стороны, он возлагал огромные надежды на рубеж обороны на реке Висле, особенно после того, как ему удалось огнем и мечом подавить восстание в Варшаве, спровоцированное эмигрантским польским правительством в Лондоне. Кроме того, вся полоса от Вислы до Одера глубиной 500 километров была капитально подготовлена к обороне: через каждые 50–100 километров — мощные оборонительные рубежи _[347] с большой емкостью для войск, с широкой сетью инженерных сооружений, в том числе системой траншей, отсечных позиций, позиций для артиллерии и танков, противотанковых рвов, пунктов управления, минно-взрывных заграждений и т. д. Проводились работы на рубеже Одера и даже вокруг Берлина. Но это — больше для демонстрации, хотя соблюдались при этом все существующие требования.