Читаем Пара Ноя полностью

– Евгений Петрович доложил, что вы нашли новые сведения по делу, которое находилось в нашей юрисдикции. Расследование было заморожено три года назад. Вы зачем-то сунули нос в это дело, хотя доступа у вас не было. Всех взбаламутили. Я все верно говорю? – Басовитый голос звучал как у полководца перед битвой, сухо и громко, предвещая, по мнению Коли, летальный исход его затеи. Лохматые брови Михайлова сдвинулись к переносице. Седые виски были аккуратно подстрижены, а форма сидела на нем идеально. Коле хотелось вжаться в стул, как провинившемуся школьнику, сорвавшему лабораторную работу по химии неудачным опытом.

«Тьфу ты, сейчас пойдут марксизмы и вагинизмы», – ругнулся про себя Коля.

– Расследование я проводил в личных целях. – Гонимый эриниями Коля проглотил свой детский страх перед суровыми мужчинами в форме МВД. Когда он был мальчиком, они с мамой приходили к зданию папиной работы на Петровке, он вышагивал оттуда совсем не тем человеком, которым был дома. Однажды он вышел в парадной форме и накричал на Колю за небольшое пятно на рубашке. Сказал, что такой мальчик позорит семью. Потом, дома, уже в халате, папа смягчился и стал опять добрым и спокойным. Так укоренился страх перед парадной формой. Он пропал со временем, к концу учебы в школе милиции, когда все это стало неотъемлемой частью его собственной жизни, но сейчас, как через окно, выглянул сквозь его карие глаза.

– Хм. – Генерал-майор дернул левой бровью. – Ладно, опустим выговор. Дело в том, что нашей структуре было бы интересно продолжить расследование по некоторым делам. Личность Захарова до сих порождает много проблем, он хоть и закрыт, но его люди продолжают и без него. И раз уж можно твое нарушение использовать во благо расследованию, Мансуров, придется закрыть глаза на вопиющий факт превышения служебных полномочий.

– Какая информация могла бы помочь? – Коля расправил плечи, чувствуя: дела налаживаются для него. Он сможет осуществить свой план.

– Мне передали папку. – Один из майоров подал огромную кипу бумаг, помещенных в пластиковую темно-синюю обложку, которую Коля позавчера оставил у Евгения Петровича. – Для нас тут почти ничего нового. А вот тот факт, что Егорова взяли, всколыхнул отдел. Нам известно, что наворованные деньги Захарова хранятся в криптовалюте, но найти их следы долгое время не получалось. Егоров уже засвечивался, его не брали сначала потому, что рассчитывали выйти на рыбу покрупнее. Но он так никуда и не привел. Потом, когда уже подготовили материалы для того, чтобы предъявить ему обвинения, он скрылся в Европе, и операция по задержанию застопорилась.

Коля кивал, выслушивая речь, которая лилась ровно, без спешки, хорошо поставленным голосом, который невозможно было слушать невнимательно.

– Наша кибербезопасность долгое время разводила руками. На деньги Захарова есть виды. Я хочу сказать, что часть этих средств – государственные, а часть принадлежит частным лицам, но очень высокопоставленным, если вы понимаете, о чем я. Захаров был на короткой ноге с олигархами, политиками да и вообще со всеми, у кого в карманах не свистел ветер. Птичка попалась, но толку от этого нет.

– А я так и не знаю подробностей, как его взяли. – Если причины ареста Марченко были ему досконально известны, то на чем конкретно спалился Захаров – слепая зона, серое пятно, засекреченное в архивах.

– Ну, оно и незачем в подробностях. А вот что Соловьев тут кривое содержание Егорова организовал, вот это проблема, которую нам с вами следует решить.

– Насколько кривое? – пытался понять Коля, какое количество проблем ему придется разруливать.

– Кирилл знал, что за ним придут, организовал скрытую съемку задержания. Его адвокат такую шумиху в прессе поднял. А Егоров, на секундочку, – еще гражданин Евросоюза. Но если мы его отпустим, он растворится вместе с капиталом Захарова. А мы, как вы понимаете, этого ему позволить не можем.

– Что от меня требуется?

– В общем, Мансуров. Ты жаждал набиться на свидание к Марченко. Собственно, я хочу тебе это организовать.

– Было дело. – Коля почувствовал на себе суровый взгляд и машинально съерничал. – Так точно, генерал-майор!

– Поедешь к нему. Объяснишь, кто такой. Прям вот как есть. Скажешь, что друг жены Вараксина и что у тебя мотивы личные. И что погоны свои используешь, рискуя головой. Надо, чтобы он доверял, проникся прям.

Коля промолчал. Просто слушал, пытаясь контролировать дыхание и сердечный разбег в ожидании разъяснений. При таком раскладе ему точно не получится действовать по своему усмотрению, придется все докладывать и сверяться с инструкцией на каждом шагу.

– И дальше?