Читаем Пара Ноя полностью

Приподнявшись, Яна дала подняться вертикально его члену и ловким движением села него. Она вздрогнула от удовольствия. Еще до проникновения она была уже близка к хеппи-энду. Казалось, что всего пара движений приведет к оргазму, но хотелось немного продлить момент. Много упражнявшаяся с шариками Кегеля, она наконец научилась сокращать стенки так, чтобы сдавливать член внутри себя. Коля сразу почувствовал ее ритм и помогал ей, не оставляя шансов неудаче. Когда она вцепилась в его грудь и закрыла глаза, он усилил толчки. Яна крепко сжимала его руками и внутренними мышцами, почти не стонала и кончила практически беззвучно. Но судороги у нее в паху, которые вибрациями отдавались в его теле, были красноречивее любых звуков.

Когда она успокоилась и отдышалась, Коля скинул ее с себя и кувырком уложил на диван, оказавшись сверху.

– Номер удался, приз зрительских симпатий уже твой.

– Надеюсь, у нас тут нет зрителей, – Яна усмехнулась его замечанию и отогнала внезапную мысль, что Никита может прийти домой. – Разве мы еще не закончили?

– Ну, разок, может, и закончили. Или ты сдаешься?

Коля раздвинул ее ноги и запрокинул их вверх, одно колено оказалось на спинке дивана, а второе – у него на плече. Бойко вошел в нее, крепко сжимая ее зад и полностью подчиняя себе процесс. Он двигался быстро, как ему нравилось. Яна отдалась ритму и наслаждалась его уверенным контролем над ней.

Он не стал растягивать свое удовольствие и кончил на ее благородно бледный живот с аккуратным пупком. У них это не в последний раз.

Даже когда он растворялся полностью в их страстном сексе, его не покидало ощущение, что лучше бы отсюда убраться и продолжить где-нибудь в безопасном месте.

– Салфетку принести? – Коля поднялся и начал натягивать брюки, болтавшиеся на уровне коленей.

– Да я небрезгливая. – Яна нашарила рукой Колину футболку на полу рядом с диваном и стерла с себя все вытекающие после секса последствия.

– Эй, что за произвол? – Футболка прилетела Коле в лицо. – Я тоже небрезгливый, если что.

Коля оделся и ощутил влажное пятно у себя на животе. Чуть стыдливо осмотрелся по сторонам и спросил:

– Яна, у тебя салфетки дома вообще есть? Теперь мне живот надо вытереть.

– Какие мы нежные! – Яна взяла с журнального столика бумажную коробку с косметическими салфетками и швырнула в Колю. – Держи!

– А это откуда? – Коля заметил еще одно фото, где Яна в черном бархатном брючном костюме с бокалом шампанского на красной дорожке. Пиджак, надетый на голое тело, приковал его взгляд на несколько секунд.

– А это для фильма делали костюмы, потом меня на премьеру позвали. – Яна торопливо застегивала бюстгальтер с витиеватым кружевом, понимая, что к родителям лучше заявиться до полуночи, пока мама не превратилась в сонную тыкву, а отец – в недовольного брюзгу.

– Мы, конечно, с тобой люди из параллельных миров, – задумчиво пробормотал Коля, вспоминая фотографии у себя на полке: в хоккейной амуниции вратаря любительской сборной МВД, с обгоревшим носом на фоне «Ласточкиного гнезда» и на выставке ретроавтомобилей в Гаване – из его единственной за последние пятнадцать лет заграничной поездки.

– Это ты к чему? – крикнула Яна уже из спальни, натягивая на себя севшие после стирки джинсы и растянутый свитер с массивной горловиной.

– Да так, просто. Собирайся давай.

Коля всегда знал, что где-то там, за званиями, его ждет настоящая жизнь. Не то чтобы он сейчас существовал в бутафорской действительности, просто, став частью системы, звеном не только пищевой, но и карательной цепи, его кругозор сильно сузился. И как бы он ни пытался поддерживать любознательность просмотрами документальных фильмах о темной материи вселенной или о загадках молчаливых статуй на острове Пасха, его не покидало чувство, что за рамками, в которые он поместил себя, кроется мир жюльверновских приключений. Даже выбираясь в редкие отпуска на свирепый русский юг, он тратил все свободное время на дайвинг, представляя, как, собрав манатки, он примыкает к поисковой экспедиции. Исследует дно Балтийского моря. Финны же нашли затонувшую в 1771 году шхуну «Фрау Мария», где обнаружили запечатанные в свинец произведения искусства и драгоценности. А дальше весь мир покорно ложится к твоим ногам – ты меняешь города и страны как перчатки, пересаживаешься с яхты, что швартуется на Виргинских островах, на вертолет и отправляешься в тропические леса Перу пить аяваску с шаманами, оттуда – пешком с рюкзаком и палаткой, чтобы вздремнуть возле пирамид майя. А после разнюхаться неразбодяженным кокаином в Колумбии и покататься на гнедых лошадях галопом. Но пока его мир больше походил на душную обувную коробку с бутсами на антресолях. Что помнят футбольное поле, удары по мячу и пробитые пенальти.

– Коль, ау! – окликнула его Яна, копаясь в вещах. – Как думаешь, телефон включить безопасно? Мне же надо как-то жить, работать. Может, симку сменить?