Читаем …Para bellum! полностью

…Para bellum!

Юрий Игнатьевич Мухин , Владимир Иванович Алексеенко , Андрей Петрович Паршев , Георгий Афанасьевич Литвин

Показания Тухачевского с подельниками рассмотрели на заседании суда их товарищи-судьи. Блюхер, Егоров, Алкскнис и единодушно решили – расстрелять за измену. Вы, конечно, скажете, что им Сталин приказал. Но дело в том, что ни тогда, ни сегодня судьям никто и ничего приказать не может. Судья по ст. 305 УК РФ, сегодня должен получать 10 лет за то, что выносит приговоры по чьим-либо приказам, а тогда по ст. 114 УК РСФСР более 2-х лет. Но Вы же всё равно не поверите и будете кричать: «Сталин убил! Сталин убил!»

Тогда я должен сказать – правильно убил! Зачем Красной Армии нужны были трусливые и подлые маршалы, которые от угрозы сутки не поспать оговаривают себя в том, что не совершали и за что полагается расстрел, или те, кто из раболепия перед начальством, идут на подлость убийства своих невинных товарищей?

Но и без этого на поведение некоторых маршалов следовало бы обратить внимание. Скажем – на маршала Блюхера, десять лет командовавшего нашими войсками на Дальнем Востоке.

У него была молодая жена и, когда Блюхера арестовали, её тоже отправили в лагеря, она растеряла детей, сидела очень долго и, разумеется, люто ненавидела Сталина. Тем ценнее её показания. Их стоит привести.

Она описывает инспекцию Гамарника в Хабаровске летом 1936 года, когда ещё ни один командир Красной Армии не был арестован.

«При отъезде Гамарника в Москву он (Блюхер – Ю.М.), сказавшись больным, провожать высокого гостя и начальника не поехал, что выглядело демонстрацией … Несколько позже муж решил в дороге нагнать поезд, с которым уехал Гамарник. Перед отъездом на вокзал он сказал мне: … А ты готовься к срочному отъезду из Хабаровска … Пришлю телеграмму. Мы условились: речь в телеграмме будет о Лиде … Если будет сообщено, что она приедет, – это будет означать, что мы в Хабаровске остаёмся, если же не приедет – значит, мы уезжаем. Телеграмму из Читы я получила: „Лида приедет“».

Спросите себя – куда Блюхер, человек военный, бросив свой пост в Хабаровске, планировал уехать без разрешения командования? И зачем ему этот отъезд нужно было кодировать в переписке с женой? Далее.

«… он рассказал, что с Гамарником (встреча состоялась на ст. Бочкарево-Чита) был продолжительный разговор, в котором Я. Б. Гамарник предложил Василию Константиновичу убрать меня, как лицо подставное („Объявим её замешанной в шпионаже, тем самым обелим вас … молодая жена …) На что Василий Константинович ответил (привожу его слова дословно): „Она не только моя жена, но и мать моего ребёнка, и пока я жив, ни один волос не упадёт с её головы““.

Смотрите, какие интересные разговоры ведут между собой «жертвы Сталина». Оказывается, если оклеветать невинного человека возле Блюхера, то с самого Блюхера можно снять обвинение в шпионаже. (Напоминаю – в это время ещё никаких арестов не было). Блюхер рад оклеветать невинного человека, но вот беда – она мать его ребёнка! Это его удержало!

Год спустя Блюхер с женой были в Москве. Глафира Блюхер рассказывает.

«31 мая во второй половине дня Василий Константинович и первый секретарь Дальневосточного крайкома ВКП(б) тов. Лаврентьев (Карвелашвили) поехали навестить приболевшего Якова Борисовича Гамарника к нему домой … К вечеру, ещё засветло, муж вернулся домой … На следующий день я, просматривая утреннюю почту … прочла … о том, что вчера, 31 мая, покончил жизнь самоубийством махровый враг народа Я. Б. Гамарник».

Итак, именно после разговора с Блюхером и Лаврентьевым Гамарник застрелился. Блюхер жене откомментировал это так:

Перейти на страницу: