Читаем Para Bellum полностью

– Получается спектакль в ТЮЗе – «Павлик Морозов». А Марков снова стал «инженэру» поперёк дороги. Теперь уже в самом главном. Сергея будут убирать. Сперва руками Кобы, не выйдет – напрямую. Уничтожат талант, сволочи. И, что ещё хуже, сдадут страну немцу. Странно, что Змей этого не понимает. Фюрер ведь не остановится, аж до Забайкалья попрёт. Проглотить не сможет, а всё равно откусит.

Известие о сегодняшнем приземлении в Москве «Юнкерса» комиссара ГБ добило.

– Голову даю на отсечение, что летел этот гад через Белосток. Ещё один камень на шею Маркову. Ох, и хитро… мудр Лаврентий!

Когда Мамсуров замолк, Леонид Михайлович невесело спросил:

– И чего же ты, Хаджи-Мурат, хочешь от меня?

– Хаджи-Умар, – гневно поправил осетин. И неожиданно спросил: – Как вы относитесь к Сталину?

– Спросил бы ты чего полегче.

– Боитесь? А я не боюсь. Меня Берия чем взял? Он предложил участвовать в отстранении Сталина от власти. Я был уверен, это – спасение России. А сейчас… Я вижу, каждый норовит урвать кусок пожирнее для себя, любой ценой. Выходит, кроме этой усатой сволочи страну сберечь некому.

Заковский растроганно пробормотал:

– России верные… осетины, чукчи и другие великороссы.

Мамсуров сверкнул глазами, но промолчал.

И вдруг комиссар выпрямился, и на его лице появилась дерзкая улыбка Лёвы Задова:

– Значит, будем играть ва-банк. Поехали.

Усадив гостя на жёсткий стул в своем кабинете – других здесь не водилось, – Леонид Михайлович набрал короткий номер.

– Александр, здорово. Узнал?

Мощная мембрана донесла до Мамсурова голос собеседника:

– Век бы мне тебя не знать, Лёва.

– Мне нужно срочно, прямо сейчас, встретиться с твоим начальником.

– Ты сошёл с ума?

– Саша, ты сам знаешь, что в нормальном состоянии я не просился бы к Нему на приём.

Из трубки донесся тяжёлый вздох:

– Ты хоть представляешь, как это сложно? А для тебя – опасно. Попадёшь не под то настроение, головы не сносишь.

– Вспомни, сколько раз за последние пятнадцать лет я обращался к тебе с просьбами.

– Никогда.

– А теперь, поверь, таки надо. И, может быть, Ему нужнее, чем мне.

– Ладно, куда перезвонить?

– Пока я в своём кабинете. И скажи, что со мной интересный человек. Герой Испании. Зовут Хаджи-Умар Мамсуров. Пусть заготовят пропуск. А лучше ты сам нас встреть.

– Узнаю Лёву Задова. Ты всегда был нахалом.

– Как говаривал мой дедушка из Бердичева, в моём возрасте меняться уже вредно для здоровья.

– Лева, из тебя еврей такой же, как из меня. И все твои предки родом из Устюга. Так что умерь свою манию величия.

Товарищ Сталин с интересом разглядывал вошедших. Между вытянутыми руками Вождя лежал револьвер с потёртой ручкой.

– Здравствуйте, товарищ Заковский, – улыбнулся Вождь. – Я думал, вас расстреляли ещё году в тридцать пятом…

– К счастью, этого не произошло, товарищ Сталин, – ответил Леонид Михайлович, вытянувшись по стойке «смирно».

– К счастью для кого? – уточнил Хозяин.

– Прежде всего, для меня.

Иосиф Виссарионович нежно погладил рукоять нагана.

– Вы рвались на приём. Это само по себе безобразие. Что получится, если каждый станет сам решать, идти ли ему к главе партии и правительства, и когда идти. Товарищ Сталин сам знает, кого и когда ему приглашать. Вы ещё уговорили товарища Поскрёбышева доложить, что у вас дело чрезвычайной важности. Излагайте.

– Товарищ Сталин, я прошу вас выслушать товарища Мамсурова.

Только теперь Вождь перевёл жёлтые глаза на второго визитера и сделал приглашающий жест.

– Сегодня в семь тридцать утра на Центральном аэродроме Москвы приземлился немецкий транспортный самолёт «Юнкерс-52», – размеренно заговорил диверсант. – Я обеспечивал приём офицера СД, который прилетел якобы для передачи вам личного письма Гитлера.

Страшные глаза Сталина сузились, но лицо осталось неподвижным и бесстрастным. Только правая рука незаметно стала поглаживать локоть левой.

– Само письмо, если вам ещё не передали, то в ближайшее время вручат. На самом деле целью этого визита были переговоры об обеспечении возможности внезапного удара вермахта по Белостокскому выступу и молниеносного глубокого вторжения на территорию СССР.

Хозяин жестом остановил Хаджи-Умара:

– Подробнэе, – хриплым голосом приказал он.