Читаем Папийон полностью

Мой ученик, ставший потом полковником, подарил мне замечательный костюм цвета морской волны. Месяц назад он уехал в школу офицеров, успешно сдав экзамены. Я радовался, что немного поспособствовал этому успеху. Перед отъездом он подарил мне, помимо костюма, еще кое-что из одежды, все вещи были новые и прекрасно мне подошли. Я выхожу из тюрьмы прилично одетым, благодаря Франсиско Баланьо, капралу национальной гвардии, женатому человеку и отцу семейства. Выхожу в прекрасном настроении и твердо решивший начать новую жизнь. Но вот проблема — у меня нет никакой специальности. Придется, видимо, взяться за любую работу, которая даст возможность просуществовать. Это будет непросто, но другого выхода нет. В конце концов мне всего тридцать восемь, я молод и абсолютно здоров. Ни разу в жизни ничем серьезным не болел. Умственные способности тоже вроде бы в порядке. Так что путь в преисподнюю не разрушил меня, и в глубине души я был уверен, что причина тому одна: я никогда не принадлежал по-настоящему этому миру, миру несвободы.

В первые же недели надо не только отыскать способ как-то заработать на жизнь, но и позаботиться о бедняге Пиколино. Ведь и его содержать придется. Ноша, конечно, нелегкая, но я сдержу обещание, данное губернатору, и не оставлю несчастного, пока не удастся пристроить его на лечение, причем не куда попало, а в заведение, где работают врачи, по-настоящему знающие свое дело.

Стоит ли сообщать отцу, что я теперь на свободе? Ведь он в течение многих лет не имел от меня никаких вестей. И где он теперь? Да я и сам давным-давно не имел от него известий, знал только, что всякий раз после моего очередного побега его посещали жандармы. Нет, не следует торопиться. Я не вправе бередить рану, которая, возможно, уже затянулась по прошествии стольких лет. Напишу, когда по-настоящему стану на ноги, когда смогу сказать ему. «Дорогой отец, твой маленький мальчик свободен и стал честным человеком — он исправился. Живет там-то и там-то, положение занимает такое-то. Ты уже можешь не опускать головы всякий раз при упоминании его имени. Поэтому я и пишу тебе это письмо и хочу сказать, что всегда любил тебя и буду любить до конца своих дней».

Но куда все-таки конкретно я пойду? Осяду, пожалуй, в деревне под названием Эль-Кальяо, что возле золотых приисков. Там можно прожить испытательный срок. А что я буду там делать? Бог его знает… Но прыгнул в воду — плыви! Если придется просто копать землю, чтоб заработать на кусок хлеба, буду копать. Конечно трудно придется. Ведь за все эти тринадцать лет, если не считать нескольких месяцев в Джорджтауне, мне не нужно было беспокоиться о том, чтобы заработать на хлеб насущный. Ну а разве в Джорджтауне я бедствовал? Вовсе нет. Так что приключения продолжаются, и от меня теперь, как и прежде, зависит все. Больше надеяться не на кого. Итак решено. Завтра с утра — в Эль-Кальяо!

Семь утра. Яркое тропическое солнце, безоблачное синее небо, вовсю заливаются птички, мои друзья уже собрались у ворот. Пиколино, чисто выбритый и аккуратно одетый, тоже там. Рядом офицер — он собирается проводить нас на ту сторону.

— Ну, обнимемся, — воскликнул Тото, — и вперед!

— Прощайте, братья! Будете недалеко от Эль-Кальяо, заходите проведать. А если я к тому времени обзаведусь домом — он всегда ваш!

— До встречи, Папи, счастливо!

Пиколино ходил прекрасно, лишь верхняя левая часть тела была у него парализована, а ноги в полном порядке, и мы быстро дошли до пристани и сели в лодку. Через четверть часа мы уже высаживались на противоположном берегу.

— Вот документы Пиколино! Удачи вам! Отныне вы оба свободны. Прощайте!

Как легко падают цепи, которые ты носил тринадцать лет! «Отныне вы свободны». И они поворачиваются к тебе спиной и больше не смотрят, куда ты там пошел. И все. Через несколько минут мы уже карабкались по каменистой тропе в гору. Багаж нас не обременял — всего лишь маленький узелок с тремя рубашками и двумя запасными парами брюк. На мне были костюм цвета морской волны, белая рубашка и галстук в тон костюму.

Как вы понимаете, начать новую жизнь — это вам не пуговицу пришить. И хотя теперь, двадцать пять лет спустя, я — солидный женатый человек, отец дочери, живу счастливо и в достатке в Каракасе, достигнуть этого было непросто. Были новые приключения и события, победы и провалы, радость и печаль, но все это были приключения совсем другого, свободного человека и честного гражданина. Возможно когда-нибудь я поведаю вам о них и о многих других замечательных событиях и судьбах, для которых у меня не нашлось места в этой книге.