Артем впервые за все время знакомства с восхищением посмотрел на Петра. Тот смутился, потупил взор и от смущения еще раз врезал затрещину Валерию, чем несколько разрядил атмосферу.

– Если б я знал, как они с тобой обращались, он бы уже сюда калекой приехал.

– А как вы узнали, где я нахожусь? И где же Сергей?

Мои спасители разом погрустнели.

– К сожалению, этот сбежал, – сказал Артем. – Мы думали, что он полностью вырубился, а он только притворялся. Но зато этого мы так тряханули, что он нам все выложил.

Петр вынул из кармана шоковую дубинку, которой Валерий меня вчера отключил.

– Я этому придурку, – сказал он, широко улыбаясь и помахивая дубинкой, – его же пистон на малом токе в зад вставил. Профилактика гомосексуализма.

– Короче, – подвел итог Артем, – этот козел нам все рассказал и привел нас сюда.

Почувствовав себя в безопасности, я совершенно расслабилась, а заодно и разревелась.

– Спасибо, мальчики, – с трудом выговорила я, заливаясь слезами, встала и обняла Петра, размазывая свои слезы по его щеке.

К нам тут же подошел Артем. Было бы несправедливо не обнять и его, и я отвесила нежности обоим поровну.

– Вы мне жизнь спасли, мальчики. Если бы не вы, они бы меня убили.

– Мы же тебе говорили, – сказал Артем, нежно поглаживая меня по спине, – не надо было уходить от нас далеко.

– Да, – подхватил Петр, – хорошо еще, что все так получилось.

Это была идиллия, но, увы, непродолжительная. Похоже, Петру не понравилось, что я слишком надолго задержалась на плече у Артема, и он спросил, указывая на Валерия:

– А что делать с этим уродом?

Я посмотрела на постанывающего на полу бандита, но никакой жалости во мне не шевельнулось.

– Свяжите его, и пусть валяется здесь. Со мной они не церемонились.

Петр быстро исполнил мои приказания – причем, на мой взгляд, действовал он не менее профессионально, – после чего мы покинули эту избушку. Надо было срочно ехать за документами. Как мне объяснили Петр и Артем, домик, где меня спрятали, находился на окраине Заводского района Тарасова. Отсюда до моего дома было минут сорок езды, со всеми светофорами и пробками. По пути я рассказала своим спасителям о шантаже во всех подробностях, взяв с Артема клятвенное обещание все же не выдавать Таньку.

Глава восьмая

Как только мы очутились у моего подъезда, я тут же заметила фиолетовую «девятку» Ковальцова. Это был хороший знак: значит, Сергей не вернулся за своей машиной в наше отсутствие. А это, в свою очередь, означало, что он не проник в квартиру и не взял чемоданчик с вожделенными пакетами.

Так оно и оказалось: чемоданчик был на том же месте, где я его оставила вчера. Взяв его, я сказала:

– Ребята, нужна квартира с телевизором и видеомагнитофоном, и без посторонних.

Удивленный Петр несколько смущенно почесал свой коротко стриженный затылок и сказал:

– Можно ко мне, я живу в однокомнатной. Видик и телек имеются.

– А мы что, втроем будем порнуху смотреть? – спросил Артем.

– Пока не знаю, но возможно, – ответила я ему. – Поехали, Петр.

Закрыв квартиру запасными ключами, мы уселись в свои «Жигули» и поехали к Петру домой. Он жил в однокомнатной «хрущобе» недалеко от набережной. По пути мы заехали за продуктами, и как только оказались на квартире Петра, он как радушный хозяин пошел на кухню готовить горячие гамбургеры с ветчиной и сыром и варить кофе. Мы же с Артемом отправились в комнату, включив телевизор и видеомагнитофон.

Мне не терпелось поскорее узнать, что такое сверхважное хранилось в этих пакетах. Я просмотрела их все, но, увы, ничего особенного, с моей точки зрения, не увидела. В пакетах было одно и то же – несколько фотографий с эротическими сценами, а также видеокассета.

В некоторых были еще и негативы. Я задумчиво уставилась на разложенные передо мной на столе пакеты. Обычный компромат для сексуального шантажиста, и ничего более. Почему же эта банда с таким рвением разыскивает его и так боится, что он попадет кому-нибудь в руки? Ломая голову над этой загадкой, я вдруг услышала голос Артема:

– Ну что, порнуху-то смотреть будем?

Я машинально сунула в магнитофон первую попавшуюся кассету, на которой было написано: А.П. Калитвинцева. На экране возник уже знакомый мне сексуальный гигант – небезызвестный Сергей Ковальцов. На сей раз он лежал на спине и вымученно улыбался. Вымученно, видимо, потому, что на нем сидела, работая ляжками, словно прессовальный станок, толстая тетка лет сорока – сорока пяти. Тетка хрюкала и постанывала, прыгая на Сергее и тряся при этом своими многочисленными жировыми складками. Ее редкие, коротко подстриженные и взбитые химией волосы, основательно пропотев, торчали во все стороны, словно иглы дикобраза.

Мне это показалось неинтересным, и я собиралась уже выключить, как вдруг услышала сбоку странный булькающий звук. Я повернулась и увидела выпученные глаза Артема. Он бурчал что-то нечленораздельное, тыча пальцем в экран телевизора. На эти звуки прибежал из кухни даже Петр.

– В чем дело? – спросил он.

– Те… тетя Аня, – выдавил из себя наконец Артем.

– Кто, кто? – переспросила я.

– Это моя родная тетя, – проговорил на выдохе Артем.