Читаем Папарацци полностью

Такая дружная готовность меня, конечно, порадовала, с одной стороны. С другой же, я и сама не знала, что на самом деле мне надо делать. Мест, которые я могла посетить и приложить там свои детективные способности, было не так уж и много. Поскольку расследование в гостинице взял на себя лично Карасев, мне оставалось только наведаться в брачное агентство «Связи небесные». Так я и решила, до конца не осознавая, для чего туда иду.

– В общем, так, – произнесла я. – Мне надо побывать еще в одном месте. Если хотите, пойдемте со мной, только чтобы не цапаться.

Я развернулась и пошла через скверик к троллейбусной остановке. Артем быстро побежал за мной.

– Погодите, – пробубнил нам вслед оставшийся Бамбуров. – Чего идти-то, чай, доехать можно. У меня машина за углом.

Это несколько меняло обстановку и отчасти мое отношение к Петру. Мотаться по городу в душном, битком набитом троллейбусе и ехать в машине – это действительно, как говорят в Одессе, две большие разницы.

– Ну, тогда поехали, – согласилась я.

Через пять минут мы погрузились в старенькие синенькие «Жигули» первой модели. Машина, хоть и кряхтя, но сразу завелась, и Петр стартанул на ней, словно на «Феррари», нагло вклинившись в движущийся поток автомобилей.

– Кто тебе только права давал, – прокомментировал действия нашего шофера Артем, сидящий на заднем сиденье. – Чуть не врезались.

– Поучи меня еще, студент, – усмехаясь, проговорил довольный собой Петр.

Через пятнадцать минут мы остановились у высотного десятиэтажного здания на площади Пушкина. От Таньки я знала, что здесь, на шестом этаже, располагался офис брачного агентства.

– Подождите меня здесь, – бросила я своим спутникам, – только не передеритесь. Я скоро вернусь.

Я вышла из машины и направилась к входной двери. Поднявшись на лифте на шестой этаж, я стала искать комнату за номером 615, где и располагался офис брачного агентства. В тот момент, когда я уже увидела нужную дверь, в коридоре вдруг погас свет. Дверь комнаты, в которую я собиралась войти, открылась, на пороге появилась девушка и спросила:

– Что случилось?

– Свет отключили, – машинально ответила я.

– Опять, в третий раз за сегодняшний день, – недовольно произнесла она и, закрыв за собой дверь, отправилась в глубь коридора выяснять, в чем дело.

Я же, в свою очередь, открыла дверь и вошла. Переступив порог, я оказалась в приемной приличных размеров, но почти пустой. Лишь в двух дальних углах стояли столы, оснащенные компьютерами.

Как ни странно, в приемной не было ни души. Я огляделась по сторонам и, окончательно убедившись в том, что никого из хозяев нет, заметила в дальнем конце приемной две двери – одна была скромная, неприметная и безымянная, другая же, наоборот, внушительная и красивая, отделанная под дуб, с табличкой «Директор». Я решила, что правильнее идти именно в эту дверь.

Поскольку шла я не в спальню, а в служебный кабинет, я стукнула в дверь пару раз и, не дожидаясь приглашения, открыла дверь и вошла. Однако картина, открывшаяся передо мной в кабинете, была настолько неожиданная, и я даже пожалела о своей бесцеремонности.

Первой неожиданностью оказалось, что директором был не мужчина, а женщина, лет 30–35, одетая в ярко-красный шелковый костюм. Второй неожиданностью было то, что сидела она не на своем рабочем месте, за маленьким аккуратным столом, напротив входа, а в одном из двух кресел у окна, стоящих рядом со стеклянным журнальным столиком. Более того, неожиданность номер три – директриса спала в этом кресле, точнее, не спала, а скорее дремала, а может быть, даже просто закрыла глаза, задумавшись о чем-то. Если так, то, видимо, мысли ее были весьма далеко, поскольку возвращалась она к реальности довольно медленно.

Сначала она на мое робкое «здрасьте» открыла глаза и несколько секунд щурилась, вглядываясь в меня. Однако, поняв, что перед ней незнакомый человек, она вдруг резко преобразилась. Вскочив с кресла, она для чего-то тщательно провела рукой по журнальному столику – словно пыль на нем могла сказаться на имидже фирмы, – и при этом обнаружила, что в одной руке она держит маленькую соломинку, через которую обычно пьют коктейли. Она бросила соломинку в стакан, который стоял на столике рядом с графином, и, несколько раз шмыгнув тонким длинным носом, вопросила:

– Как вы сюда попали?

Я, естественно, смутилась и не нашла ничего лучшего, как произнести дурацкую фразу:

– Я хочу вступить в брак с иностранцем.

Директриса энергичным шагом направилась к своему рабочему месту и, усевшись, нажала на кнопку селекторной связи.

– Маша, зайди ко мне, – отрывисто бросила она и отключила кнопку.

– Браки, девушка, – произнесла она, уже обращаясь ко мне, – заключаются на небесах. А мы лишь информируем о вашем существовании наших иностранных клиентов, внеся в компьютер ваши данные. Для этого совсем не обязательно без спроса ломиться в кабинет директора и отрывать его от работы.

«Скажите, пожалуйста, – произнесла я про себя. – Ничего себе работенка, насосалась коктейлей и дрыхнет себе в кресле, вся из себя разодетая». А вслух сказала: