— Я знаю, но это требует энергии — и топлива. Мы со всей возможной скоростью переходим на ядерную энергетику, но на перестройку инфраструктуры нужно время, а постройка станций требует еще больше энергии. Мы выходим за все рамки, и ситуация становится критической. Говоря проще, мы так быстро качаем и перегоняем нефть, что скважины истощаются, а нефтеперегонным заводам срочно нужен ремонт и обновление. Дела могут пойти еще хуже, мы входим в сезон ураганов, а значит, возможны новые погодные атаки. Нефтепроизводства и до начала войны использовались на пределе возможностей, но теперь мы вышли далеко за их границы. Нужны новые нефтеперегонные и новые месторождения. Первое мы построим, если будет разрешение, но проблема поиска нефтяных резервов актуальна. К вашему сведению, текущие объемы неиспользованных резервов сейчас самые высокие за всю историю, цифры есть в «Платтс Ойлгрэм»[156]. Но их все равно мало.

— Может быть решение, — внимание переключилось на другую фигуру перед большой «подковой» столов. — Я Куглер, один из работающих в Аду геологов. Вы это узнаете?

Он достал флакон черной жидкости. Члены Совета смотрели на него, отрицательно качая головами.

— Что ж, вы все слышали о Лавовой Реке Ада. Из нее мы доставали мертвых. И это всегда казалось немного необычным, поскольку, будь там настоящая лава, в ней не уцелело бы никаких тел. Они бы просто расплавились и растворились. Так что мы пригляделись к реке повнимательнее и выяснили, что в ней течет вовсе даже не лава. Это смесь очень тяжелой сырой нефти с легкими фракциями. С точки зрения геологии смесь весьма странная, чем-то похоже на сланцевую нефть, но заходить в сравнении так далеко не будем. Наша сырая нефть тоже представляет собою смесь тяжелых, легких и промежуточных фракций, но в адской промежуточных нет. Только очень легкие и очень тяжелые. Когда она выходит на поверхность, легкие испаряются и горят, придавая вид реки огня.

— Таким образом, раны наших мертвых есть смесь ожогов от горячей полужидкой сырой нефти, температура которой, кстати, около шестидесяти-семидесяти по Цельсию, и от источаемых ею горящих газов. Если мы найдем исток реки, то сможем захватить эти легкие фракции и получим природный газ, который используем на время строительства в Аду перегонных заводов для обработки сверхтяжелых фракций и получения нужных ресурсов. Или можно построить заводы здесь, на Земле. Но, с учетом объемов Лавовой Реки, этого добра в Аду должно быть полно, возможно, весь он одно большое нефтяное месторождение, - закончил Куглер.

Путин кивнул, члены Совета обменивались шепотками — присутствующие удаленно участвовали в перешептывании с коллегами через гарнитуры.

Путин постучал председательским молоточком по столу.

— Инженер Куглер, вы с доктором Сэмюэлом подготовите схему использования этих новых ресурсов. Привлеките весь нужный технический персонал. А теперь к следующему пункту сегодняшней повестки. Каков прогресс в поиске и уничтожении Яхве?

Глава XXIII

USS CG-60 «Нормандия»[157], неподалеку от Сан-Диего, Земля.

— Есть что на радаре?

Известная миру как СБУ, а личному составу как «Яма», рубка Системы Боевого Управления навевала воспоминания о телефильмах. В помещении господствовали четыре экрана. Они демонстрировали побережье Калифорнии в таком масштабе, что пронюхай об этом правозащитники, они впали бы в кататонический ступор. Покрытие обеспечивали не только собственные сенсоры крейсера. «Нормандия» получала сырые данные радаров других кораблей вдоль побережья и включала в свои. Звучит просто, но на деле совсем иначе. Достаточно ничтожной разницы в синхронизации двух наборов данных, и система рухнет. В процессе разработки Системы Кооперативного Взаимодействия такое происходило часто, и на исправление ошибок ушли годы.

Чудовищную дальность радаров «Нормандии» обеспечивала не только СКВ. Сам крейсер являлся частью системы «Иджис-ЭйБиЭм». С индексом модернизации потрясающей длины, размышлял капитан Уильям Пелрейниус. «Иджис» имела индекс Baseline 7,3cV(5), а радары SPY-1D(V) относились к Baseline 5.3.8. Все это означало, что радары «Нормандии» на порядки мощнее кораблей вне носителей СБУ, а техническая часть боевого управления получила соответствующее обновление. Поэтому их прикомандировали к Сан-Диего. После атак на Эль-Пасо все пограничные и прибрежные города считались в зоне риска — а Сан-Диего относился к обоим категориям.

— Ничего, сэр, — оператор радара расслабилась в своем кресле и повела плечами. Аннет Серафина уже больше часа смотрела в экран, наблюдая передвижения самолетов на калифорнийском побережье. Трафик стал реже, чем пару лет назад. Теперь, во время войны, многие гражданские самолеты реквизировали в войска, а регулярные гражданские рейсы сократились из-за квот на горючее. С другой стороны, военных полетов стало больше.

— «Аксхорн», это ГВП-три-три-один, запрашиваю проверку скорости и высоты.

Позывной «Аксхорн» носила «Нормандия».