Камиль отстранилась от него:

– Что ты хочешь сказать?

– А что, если они послужили подопытными свинками, чтобы протестировать вирус гриппа и провести испытание его распространения?

– Один из них был заражен, и…

– …дальше предоставляют действовать микробу. Смотрят, как легко он передается от человека человеку, за какое время. Изучают… Я представляю, как Человек-птица сидит в своей нише, среди перевернутых распятий, наблюдает, как распространяется вирус, делает записи. Очень может быть, что через несколько дней все пленники заболели гриппом.

Камиль задумалась на несколько секунд:

– Это чудовищно.

Николя снова прижался к ней и нежно погладил по спине:

– У меня странное ощущение, ужасное предчувствие. Эти послания… Потоп, Апокалипсис, произрастание и войско мести… Этот ряженый псих, который бродит по канализации, защищаясь своими сатанинскими ритуалами… Человек в черном… Ламбар… Сколько их, замешанных в это дело? Сколько человек, совращенных… совращенных…

Он не смог закончить фразу и тяжело вздохнул.

– Камиль, мне кажется, произойдет что-то куда более серьезное, – добавил он наконец. – Что выйдет из недр земли? Какой еще кошмар?

50

Четверг, 28 ноября 2013 года

Люси была не в состоянии подняться.

Ее трясло, и она закуталась в одеяла, мерзла, все тело ломило. Температура приближалась к сорока. Франк, устроившийся с вечера на диване, всю ночь не сомкнул глаз. Вирус вошел в его дом.

Он нервно расхаживал по комнате, не сводя глаз с часов, а Адриен и Жюль тем временем уже сцепились в гостиной. Было восемь часов утра.

– Да где его носит, черт побери?

Врач опаздывал уже на час и не отвечал на звонки. С Шарко было довольно. Он достал карточку Амандины Герен, которую та дала Люси, и позвонил ей. Через полчаса молодая женщина уже стучала в его дверь в сопровождении врача. Шарко кивком приветствовал ее:

– Извините, что побеспокоил, но…

– Врачи перегружены. Люди звонят по пустякам. Небольшая температура, кашель – и они сразу решают, что у них грипп птиц. Не забудьте еще, что все это наложилось на сезонный грипп, который скоро достигнет эпидемического порога. Надо ли говорить, что творится. Вы правильно сделали, что связались со мной. Где она?

– Идемте.

Шарко провел их в спальню. Врач достал из кожаного чемоданчика инструменты. Директивы пандемического плана по гриппу обязывали носить защитные маски: врачи должны были делать все, чтобы избежать заражения. Не снимая маски, он выслушал Люси, сделал экспресс-тест, показавший, что у нее не сезонный, а какой-то другой грипп.

– Она наверняка подцепила грипп птиц.

– Вы ее госпитализируете?

– Нет. Теперь койко-места держат для более тяжелых случаев. И вы слышали, что происходит с медсестрами и санитарками?

– Бастуют?

– Да. Воспользовавшись заявлением министра, они выйдут на улицы уже на той неделе.

– Гениально.

Амандина посмотрела на Люси:

– Ей будет хорошо здесь. Только, главное, изолируйте ее хорошенько.

Врач выписал лекарства, заполнил карточку, как было предписано со вчерашнего дня, и взял мазок из горла при помощи инструментов, выданных ему рано утром. Он отдал его прямо в руки Амандине.

– Сделаем анализ в первую очередь.

На первый взгляд у Люси не было никаких осложнений, симптомы классические, но требовалось наблюдение. Врач выписал ей больничный на десять дней. Люси снова легла, не в силах ни на что реагировать.

Шарко попросил выслушать и его, а также Адриена и Жюля. Видимых признаков вируса не было, все трое выглядели вполне здоровыми, но, поскольку это могла быть бессимптомная фаза, нельзя было терять бдительности.

Амандина смотрела на близнецов, игравших вокруг нее в кубики. Глаза ее на миг затуманились. Она взяла себя в руки:

– У вас красивые дети. Берегите их.

Шарко всмотрелся в занятное белесое лицо. Даже в маске от Амандины Герен исходило кошачье очарование. Но вид у нее был очень усталый.

– Скажите, как вы думаете, я могу отвести их в ясли?

– Лучше не стоит. Изолируйте мать, держите малышей в других комнатах, чтобы…

– …не дать вирусу распространяться. Знакомый рефрен.

– Изоляция – это ключ, правильное решение. Как и маска. Всегда надевайте ее, если входите в спальню.

Шарко кивнул, направился в кухню и налил воды из-под крана в кофеварку.

– Предложить вам что-нибудь? Кофе? Чай?

Амандина покачала головой:

– Я быстрей поеду в Институт Пастера делать анализы. Скоро увидимся. И я на вашем месте использовала бы бутилированную воду.

Шарко догадался, что под маской она улыбается.

Она ушла вместе с врачом. Шарко махнул рукой на кофе и пошел в спальню. Он постоял несколько минут на пороге, глядя на дрожащую Люси. Ему вспомнился тип в каскетке. Его глаза, пронзавшие объективы камер. Сухое, жесткое лицо.

Как он его ненавидел.