Она услышала гул мотора. Как будто заработал холодильник или морозильник. Раз есть электрический аппарат, значит есть электричество. Молодая женщина вспомнила толстые провода, выходившие из распределительной коробки. Может быть, здесь есть свет. Она встала, чувствуя, что ноги совсем онемели. Ей пришлось ухватиться за ручку двери, чтобы подняться. Пальцы ее шарили по стене, пока не нашли кнопку.

Щелчок.

Ничего не произошло. Одновременно прекратилось гудение аппаратов.

Они отключили электричество. Значит, они еще здесь, за дверью. Они держат ее в плену и не выпустят. А что, если они не поверили в ее звонок? Если догадались, что она блефует? Что, если на такой глубине нет сети и они это знают?

Вдруг раздался яростный стук. Теперь они били в дверь не кулаками. Железными брусьями, чем-то тяжелым.

– Убирайтесь!

Дверь тряслась, металлический грохот был невыносим. Надо было уйти подальше от этой проклятой двери, найти другой выход. С нее градом лил пот, от жары перехватило горло, сырость не давала нормально дышать.

Как в джунглях…

Она шагнула в темноту, дрожа от страха, согнувшись, словно небо готово было обрушиться ей на голову. Солома шелестела вокруг нее. Впереди, справа, слева, над головой. И по-прежнему эта животная вонь. Ее пальцы пошарили рядом, нащупали металлические прутья. Вдруг Амандина ощутила острую боль в большом пальце правой руки. Вскрикнув, она отдернула руку, сняла перчатку и пососала палец. Кровь.

Ее укусили, да как глубоко.

Крысы… Крысы здесь, вокруг тебя.

Ей представились сотни мерзких тварей, окружающих ее, готовых наброситься, растерзать. В панике она выхватила из кармана антибактериальный гель и вслепую вылила на палец. Отчаянно растерла его, нажала, чтобы вытекла кровь, как выдавливают яд от змеиного укуса.

Грохот снова прекратился. Она забилась в угол, ощутила гладкие стены, кубические формы. Мир острых углов. Аквариум? Виварий?

Она зажала руками уши, чтобы смолкли звуки, скрежет, шелест соломы. Но все это запечатлелось в ее голове. Так глубоко, что ей подумалось, не было ли это злой шуткой ее разума.

82

Запах застиг Шарко врасплох.

Вновь этот проклятый запах смерти.

Вот только на этот раз Шарко был на шоссе среди полей, в польской глубинке, сидел на пассажирском сиденье рядом с Люцианом Крущеком. Они проехали по голой равнине десятки километров, пересекая редкие городки, и уже приближались к Бышкову.

– Откуда этот мерзкий запах?

– Скоро поймете.

Через две минуты показался построенный буквально в чистом поле гигантский промышленный комплекс за решетками и колючей проволокой. Восемь длинных белых зданий выстроились в ряд. Перед каждым из них возвышались две огромные вертикальные цистерны, видимо резервуары для воды, пищи или топлива. Несколько машин и грузовиков были припаркованы на разных стоянках. Французский полицейский удивился, откуда мог взяться такой комплекс в чистом поле, так далеко в сельской местности.

– Вот «БарнФилд», крупнейший в мире переработчик свинины. Это очень мощное американское предприятие, оно имеет филиалы в двадцати американских штатах и десяти странах по всему миру. Один из его заводов – вот он, в нескольких километрах от Бышкова и окрестных деревень. Больше ста тысяч животных в год выращивают и забивают в этих цехах, почти полностью автоматизированных, и мясо поступает на европейские и американские рынки.

Шарко смотрел на бесконечные здания. Никаких свиней не было видно, все казалось стерильным.

– Никому нельзя туда входить, у них жесткие нормы биологической безопасности и свои собственные ветеринары. Кто там работает? Кто контролирует? Как все это функционирует? Я хотел было разузнать, но это герметичный черный ящик. Когда вы пытаетесь сунуть туда нос, вас просят держаться подальше.

– Кто просит?

– Сильные мира сего, которые дают инструкции тем, кто связывается с вашими же начальниками, и те суют вам палки в колеса и приказывают поставить крест. Одно известно наверняка: эти здания забиты тысячами свиней. Бедные животные, которые никогда не увидят дневного света, не вдохнут воздуха и не смогут свободно двигаться.

Свиньи… А ведь пандемия 2009 года пошла со свиноферм в Мексике. И разве не было свиного штамма в вирусе птиц 2013-го? Еще одна деталька головоломки, кое-что сказавшая Шарко, укладывающаяся в картину, которая еще оставалась расплывчатой, но рано или поздно он ее прояснит.

Машина медленно ехала вдоль бесконечной ограды.