Читаем Панчо Вилья полностью

— Я вам верю, дон Абраам, и сделаю все, что вы мне скажете. Мы будем драться за Мадеро. Может быть, ему действительно удастся улучшить долю простых людей.

Абраам Гонсалес опасался ареста. Он выпускал подпольную газету «Глас народа», полицейские следили за ним. Вилья выделил несколько надежных людей для охраны учителя. Полицейские не осмелились тронуть Гонсалеса — они не хотели рисковать жизнью. Ведь ему покровительствовал сам Панчо Вилья, а с ним шутки плохи.

17 ноября 1910 года на 10-й улице в городе Чиуауа вновь собрались Панчо Вилья и преданные ему люди Томас Урбина, Элеутерио Сото, Хосе Санчеси другие. Поздно вечером к ним пришел Абраам Гонсалес в сопровождении одного незнакомца.

— Друзья, — поздоровавшись с присутствующими, сказал Гонсалес, — настало время действовать. Франсиско Мадеро, вокруг которого объединились самые честные люди нашей страны, сейчас находится в Эль-Пасо. Мы получили от него указание начать революцию 20 ноября. В этот день по всей стране народ возьмется за оружие. На севере Чиуауа большой отряд повстанцев возглавит наш друг Паскуаль Ороско. Тебе. Панчо Вилья, и твоим друзьям поручается направиться на юг и взять город Сан-Андрее. Познакомьтесь с нашим другом Кастуло Эррерой. Он грамотный и опытный в военных делах человек. Кастуло Эррера будет вашим командиром.

В ту же ночь из Чиуауа по направлению к горам Сьерра-Асуль выехал отряд в семнадцать всадников. Далеко по пустынной равнине разносился цокот копыт и слышалось тихое ржание лошадей.

Во главе отряда ехали Панчо Вилья и его новый начальник Кастуло Эррера. Оба молчали. Каждый Думал о чем-то своем, затаенном, как думают люди, которым предстоит трудная и неведомая дорога.

Глава вторая. РЕВОЛЮЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ ТАК

Пора, мексиканцы, проснитесь!

Противники ваши не спят.

Кровавой ценою у власти

другого поставить хотят.

Страдает отчизна родная -

ей на ноги встать не дают.

Трусливые, жалкие люди

отважных людей предают.

Сапата и доблестный Вилья

пошли на тиранов войной

и дона Франсиско Мадеро

поставили править страной.

Ошиблись герои в Мадеро:

лишь взял он правленья бразды,

забыл он Сапату и Вилью,

забыл их былые труды.


На этом прощаюсь я с вами.

Нам некогда, время не ждет.

Я кончу корридо словами:

проснись, мексиканский народ!

ПЕРВЫЕ СТЫЧКИ

Пять дней находились Панчо Вилья и его верные друзья в горах Сьерра-Асуль. Каждый день к ним присоединялись все новые и новые добровольцы — пеоны из соседних поместий Террасаса. Вилья принимал только тех, у кого был хороший конь и исправное ружье.

На пятый день, когда в отряде было уже свыше трехсот бойцов, Кастуло Эррера отдал приказ спуститься с гор и ночью взять городок Сан-Андрес.

— Нет, — сказал Вилья. — В Сан-Андресе у каждого из наших бойцов друзья и родственники. Лучше туда войти утром. Руралес, завидев нашу колонну, побегут со страха. Ночью же, не зная, сколько нас, они могут оказать сопротивление.

Эррера согласился.

Утром 22 ноября колонна без боя вошла в Сан-Андрес, откуда, как и предвидел Вилья, руралес позорно бежали.

Население восторженно встретило повстанцев. Их приглашали в дома, угощали текилей и тамалес.

Вечером в городе неожиданно началась стрельба. Вилья послал одного из своих помощников узнать, кто и почему стреляет.

— Это мучачос празднуют победу, — доложил Вилье его помощник.

— Так они перестреляют друг друга и расстреляют все патроны.

— Кастуло Эррера разрешил.

Наутро, когда построился отряд, у Вильи произошло объяснение с Кастуло Эррерой.

— Командир, — сказал Вилья, — мы обещали дону Абрааму повиноваться вам, но если вы будете и дальше нами командовать так, как вчера, то лучше будет нам расстаться и вам поискать менее опытных бойцов, а нам — более опытного командира.

— Чем же ты недоволен, Панчо?

— А тем, что по вашей милости наши бойцы расстреляли вчера все патроны. А мы ведь еще даже не начали воевать. Кто может поручиться, что борьба будет такой же бескровной, как взятие Сан-Андреса?

Кастуло Эррера, понуря голову, слушал Вилью. Среди окружавших его бойцов раздались крики:

— Нам такого командира не нужно! Пусть нами командует Панчо Вилья!

Эррера посмотрел на Вилью.

— Пусть будет так, как хотят бойцы. Пусть отрядом командует Панчо Вилья. Он уже десять лет воюет с федералами, а я только со вчерашнего дня.

Так поменялись они ролями. Вилья стал командиром отряда, а Кастуло Эррера его сподвижником.

Два дня спустя после освобождения Сан-Андреса отряд Вильи, также без боя, освободил городок Сайта Исабель.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых анархистов и революционеров
100 знаменитых анархистов и революционеров

«Благими намерениями вымощена дорога в ад» – эта фраза всплывает, когда задумываешься о судьбах пламенных революционеров. Их жизненный путь поучителен, ведь революции очень часто «пожирают своих детей», а постреволюционная действительность далеко не всегда соответствует предреволюционным мечтаниям. В этой книге представлены биографии 100 знаменитых революционеров и анархистов начиная с XVII столетия и заканчивая ныне здравствующими. Это гении и злодеи, авантюристы и романтики революции, великие идеологи, сформировавшие духовный облик нашего мира, пацифисты, исключавшие насилие над человеком даже во имя мнимой свободы, диктаторы, террористы… Они все хотели создать новый мир и нового человека. Но… «революцию готовят идеалисты, делают фанатики, а плодами ее пользуются негодяи», – сказал Бисмарк. История не раз подтверждала верность этого афоризма.

Виктор Анатольевич Савченко

Биографии и Мемуары / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное