Читаем Память сердца полностью

Врач ушел, кивнув Джону и заговорщически улыбнувшись Бетси. На ходу он что-то бормотал о молодцах-пожарниках и ложной гордости.

Бетси осторожно подошла к Джону, точно юный посетитель зоопарка к манящей клетке льва.

— Ну как чувствует себя сегодня утром наш герой — покоритель огня?

— Как типичный размазня — так я себя чувствую.

— Вот тебе, — сказала она, бросив букетик полевых цветов на кровать. — Это от близнецов. Они услышали, как тетя Бриджет рассказывала Пруди о моем визите в госпиталь, и сегодня поднялись пораньше, чтобы собрать их. Но такой злюка, как ты сейчас, цветов не заслуживает, ну да уж, Бог с тобой, получай!

Джон схватил букетик и ее руку и тесно прижал к себе. Не успев извиниться за свою дерзость, он поймал свободную руку Бетси и отвел ее назад. Ее груди коснулись его, и они поцеловались.

Когда их губы соединились, все, что он пытался в себе подавить, ожило с неистовой силой. Так разгорается почти затухший уголек, пробужденный к жизни благотворным ветерком.

Но Джон сдерживал свою страсть, он позволял себе быть только нежным. Губы Бетси еще сохраняли вкус утреннего кофе. Чувства, подавляемые Джоном столько долгих лет, теперь одолели его сдержанность, благодаря которой он и не потерял рассудок в те страшные годы, когда раскаяние поедало душу и сердце…

Его рука дрожала, когда он провел ею по спине Бетси, затем спустилась ниже… Юбка заскользила по чему-то шелковистому…

Как только Джон выберется из госпиталя и они лягут в постель, он сорвет с нее эти городские причиндалы, насладится каждым дюймом ее гладкого, атласного тела. А она будет дрожать и исступленно выгибаться под его ласками, охваченная той же сладкой мукой, которой был переполнен и он.

— Ах мистер Стэнли, разве так можно!

Странные мысли возникли у Джона, когда на него устремился холодный взгляд его недавней мучительницы; Бетси спрятала заалевшее лицо у него на груди. В дверях стояла медсестра, грубо разбудившая его накануне, когда нужно было измерить температуру, а измученный Джон только что уснул. Возмущенный поведением медсестры, он выругался, а в ответ получил отповедь разгневанной дамы.

— Видно, Господь карающей десницей послал вас, чтобы досрочно свести меня в могилу! — прошептал Джон сквозь зубы.

Гримаса недовольства исказила и без того недоброжелательное лицо женщины, призванной облегчать страдания больных. Но, по всей видимости, этим даром она не обладала.

— Вот ваши костыли, и д-р Армади выписал рецепт на обезболивающие пилюли, — сухо сказала сестра. — Вы должны принимать их каждые четыре часа.

— И не надейтесь. Мне не нужны пилюли.

Гордо вздернув голову, сестра прошествовала через всю палату, прислонила костыли к постели Джона, припечатала к столику рецепт и также вызывающе удалилась. Но у двери задержалась, наградив Джона укоризненным взглядом.

— Принимать не больше четырех таблеток в течение каждых двадцати четырех часов.

— Я вам сказал, сэкономьте на пилюлях.

— Поверьте, мистер Стэнли, сегодня вечером вы будете рады этим таблеткам.

Джон готов был поклясться, что она ехидно усмехнулась, выходя в коридор.

— Садистка, — бросил он ей вдогонку. Послышался сдавленный смех Бетси, прильнувшей к его груди.

— Поверьте мне, мистер Стэнли, к полудню об этом происшествии будет знать весь город.

Мистер Стэнли отстранился и пригладил ее волосы: золотистые локоны выбились из пучка и упали вдоль ее румяного лица.

— Вот об этом происшествии?!

Ее ресницы взметнулись вверх; голубые глаза выражали неподдельное удивление.

— О нас с тобой, целующихся в общественном месте, да в каком — в больничной палате!

— Тебя беспокоит, что твое имя соединят с моим?

— Да. То есть нет. — Бетси облизнула губы, вызвав у Джона новый всплеск желания. — Что-то непостижимое в наших отношениях постоянно разрушает мои благочестивые намерения.

Отчаяние, прозвучавшее в ее голосе, тронуло его больше, чем самые чувственные ласки.

— Это называется биотоками жизни, Рыжик. Мы, кажется, создаем себе больше нравственных и прочих переживаний, чем нам отпущено судьбой.

— Тебе легче, потому что ты предупреждал меня.

Ее глаза оставались тревожными. Она высвободилась из его объятий, аккуратно поправила юбку; попыталась привести в порядок разметавшиеся волосы.

— У меня назначена встреча в банке, так что я, пожалуй, оставлю тебя, — осторожно заметила Бетси.

Ему вовсе не требуется холодный душ, с обидой подумал Джон. Леди почему-то передумала, и он убеждал себя: тем лучше. Безумие надеяться, что из оставшихся черепков прошлого, можно собрать цельный сосуд. Даже если бы они оба очень и очень постарались, их бы неизбежно постигло разочарование. А он, как и прежде, заставил бы ее страдать.

— Скажи близнецам "спасибо" за цветы, не забудь!

Она улыбнулась, но глаза вновь подернулись дымкой грусти.

— Да, кстати, Джон. Существует ли такой порядок, когда после пожара кто-нибудь из управления противопожарной службы извещает родственников погибших?

— У нас в Сан-Франциско такого порядка не существовало. Здесь же я не так давно, чтобы изучить местные обычаи. А в чем дело?