Читаем Палеолит СССР полностью

Фауна ашельских и мустьерских культурных слоев, встреченных в пределах одних и тех же многослойных памятников, демонстрирует существенные количественные и качественные различия. В ашельских слоях Азыхской пещеры, расположенной в области Переднеазиатских нагорий, представлено, как указано, 35 видов животных, в мустьерских — только 10. Основными объектами охоты и в ашеле и в мустье здесь были пещерный медведь, благородный и гигантский олени, но в составе ашельской фауны встречен ряд архаичных элементов (лошадь типа зюссенборнской, бизон типа Шотензака, носорог Мерка), характерных для тираспольского и хозарского фаунистического комплекса, в составе же сильно обедненной мустьерской фауны эти элементы отсутствуют (Алиев С.Д., 1969; Гаджиев Д.В. и др., 1979).

В фауне ашельских слоев Цонской пещеры, находящейся в глубине гор южного склона Большого Кавказа, абсолютно преобладают остатки пещерного медведя (90 % всех костей), в фауне мустьерских слоев заметно возрастает удельный вес остатков парнокопытных (Каландадзе А.Н., 1965; Каландадзе А.Н., Тушабрамишвили Д.М., 1978). Соответствующие и более подробные свидетельства получены при изучении материалов, расположенных поблизости кударских пещер. Так, остатки пещерного медведя в основных ашельских слоях пещеры Кударо I составляют 74,6-84,5 % всех костных находок, в мустьерских — 29,1-48,8 %. Количество же остатков таких травоядных животных, как благородный олень и тур (горный козел), изменяется в обратной пропорции: в основных ашельских слоях их мало (до 10–15 %), в мустьерских — 30–45 % всех костных находок, причем в ашельское время в составе названных травоядных преобладает благородный олень (обитатель лесных биоценозов), в мустьерское время — тур (житель преимущественно субальпийского и альпийского поясов).

В ашельских и мустьерских фаунистических комплексах кударских пещер интересны не только количественные соотношения тех или иных форм, но и отличия в видовом составе: только в ашельском комплексе, к примеру, присутствуют такие теплолюбивые формы, как макак, соня-полчок, подковонос Мегели; только в мустьерском — улар (горная индейка) и красный волк (обитатели альпийского и субальпийского поясов).

На протяжении времени обитания в пещере ашельских и мустьерских людей по мере похолодания климата наблюдаются и морфологические изменения у животных некоторых видов (тенденция к увеличению размеров оленей и козлов, уменьшение размеров зубов у пещерного медведя и др.) (Верещагин Н.К., 1957а, 1959; Верещагин Н.К., Барышников Г.Ф., 1980а, б; Барышников Г.Ф., 1976, 1977, 1978; Барышников Г.Ф., Дедкова И.И., 1978; Громов И.М., Фоканов В.А., 1980; Бурчак-Абрамович Н.И., 1980; Гаджиев Д.В., 1980; Любин В.П., 1974; Любин В.П., Ренгартен Н.В. и др., 1978).

Значительные масштабы климатических изменений, имевших место в период вюрмских похолоданий, фиксируют и фаунистические материалы ряда стоянок с культурными отложениями только мустьерской эпохи или мустьерской и позднепалеолитической эпох. Фауна мустьерского слоя Кепшинской пещеры, расположенной в полосе современных широколиственных лесов сочинского Причерноморья, содержит остатки таких альпийских и субальпийских животных и птиц, как тур, прометеева и снежная полевки, улар и альпийская галка, что предполагает снижение границ вечных снегов и поясов растительности в эпоху обитания в пещере мустьерского человека на величину до 1400–1500 м (Любин В.П., Бурчак-Абрамович Н.И., Клапчук М.Н., 1971). В Южном Закавказье, на Араратской равнине, характеризуемой в настоящее время континентальным климатом и полупустынной растительностью (по данным Ереванской стоянки), в мустьерское время произрастали леса из сосны, ели и березы, а животный мир был представлен лосем, оленем, туром, лошадью, диким ослом (Ерицян Б.Г., 1970). О значительных сдвигах ландшафтно-климатических зон говорят и фаунистические материалы мустьерских стоянок Северного Кавказа (Ильской, Монашеской, Баракаевской). Присутствие, например, в мустьерском слое Баракаевской пещеры (верховье р. Губе, северный склон Скалистого хребта, полоса современных широколиственных лесов кубанского Кавказа) остатков пищухи, козла, муфлона, бизона и лошади говорит об остепнении в вюрме северных отрогов Скалистого хребта (данные Г.Ф. Барышникова).