Читаем Палеолит СССР полностью

Сейчас итоги работы по изучению позднего палеолита данного района далеко не полностью отражены в печати, выводы (преимущественно культурно-исторического плана) носят лишь самый предварительный характер. Остается открытым вопрос датировки этих памятников в пределах позднего палеолита. Отсутствие надежных данных об их геологическом возрасте (все позднепалеолитические памятники Нижнего Дона — Причерноморья залегают на разной, часто небольшой глубине от современной дневной поверхности в нерасчлененных лессовидных суглинках или супесях), отсутствие абсолютных дат, каких-либо палинологических или фаунистических критериев для определения времени их существования заставляют нас быть очень осторожными в суждениях по этому вопросу. Технико-морфологические характеристики инвентаря наиболее изученных стоянок (Амвросиевка, Мураловка, Каменная балка I, II в Приазовье, Большая Аккаржа под Одессой) обнаруживают типично позднепалеолитический набор развитых технических приемов и форм орудий, что свидетельствует, по нашему мнению, об отсутствии среди этих памятников таких, которые бы относились к самой начальной поре позднего палеолита. Но вполне возможно, что некоторые из них могут датироваться концом молого-шекснинского времени. Не исключено, что к концу молого-шекснинского межледниковья — началу осташковского оледенения может относиться Амвросиевское костище и стоянка, давшие большое количество микропластинок и микроострий, сопоставимых с многочисленными микроорудиями II слоя Костенок 8 (молого-шекснинское время) и VII слоя Молодова 5 (раннеосташковское время)[21].

Амвросиевское костище (Донецкая область), изученное на площади 430 кв. м, находится в оконечности большого широкого овражного мыса, образовавшегося в верховьях балки Казенной, открывающейся в долину р. Крынки, притока р. Миус (Борисковский П.И., Праслов Н.Д., 1964). Скопление костей зубров в виде брекчии приурочено к днищу небольшого овражка, рассекавшего склон мыса. Ширина овражка 4–5 м, глубина всего лишь 1–1,5 м, при этом скопление костей, приуроченных к его днищу, залегало в суглинке, в некоторых местах почти непосредственно под черноземом. Длина овражка несколько десятков метров, в поперечном сечении склоны бортов его асимметричны и имели различную крутизну. Залегание костища на склоне и сильные растянутости костей по склону мыса позволяют предполагать, что во времена охотничьей деятельности древних людей овраг был гораздо глубже, но позднее верхние напластования были разрушены денудационными процессами. В сохранившейся части днища овражка скопление костей было строго локализовано и напоминало залегание их в заполнении искусственно вырытых углублений на поселениях. Однако исследователи не сомневались в естественном происхождении оврага. Костные остатки принадлежали исключительно зубрам. По подсчету И.Г. Пидопличко, здесь было обнаружено 983 особи, при этом встречались все кости скелета, но относительно редки были анатомические группы костей, а целых скелетов совсем не было. Кости принадлежали особям всех возрастов и представляли картину обычного стада. Костей других животных не встречалось. Почти все кости были целыми. В редких случаях отмечались изломы костей с предсмертными переломами. На 14 костях наблюдались следы кремневых орудий. Расчищенная площадь скопления представляла 180–190 кв. м длиной 29–33 м и около 6 м шириной. Максимальная мощность костной брекчии в средней части овражка составляла 1 м, а у краев 10–20 см.

В разных местах брекчеобразного скопления костей зубров сравнительно часто встречались отдельные обработанные кремни и костяные орудия. Всего и скоплении было собрано 22 веретенообразных костяных наконечника с приостренным основанием и хорошо заточенным, постепенно утолщающимся острием (рис. 78, 27–33). Длина этих наконечников метательных орудий 10–25 см, в сечении они овальные, слегка утолщенные в средней части, толщиной 1–1,5 см. Лишь на одном наконечнике наблюдалась, пара продольных неглубоких пазов и на двух наконечниках — по одному пазу, которые могли служить для оснащения кремневыми вкладышами. Кстати, и скоплении было найдено около сотни тонких и длинных микропластинок и острий, вполне пригодных для этой цели.

Из собранных среди костища кремневых орудий отмечается наличие нескольких сот удлиненных неретушированных ножевидных пластинок длиной 4–7 см со следами заполированности, что свидетельствовало об употреблении их в качестве режущих орудий. Кроме того, среди костища было найдено несколько десятков желваков кремня до 15 см в поперечнике и свыше 50 кремневых шаровидных ядрищ длиной 5–7 см, служивших для получения призматических пластинок, подобных описанным выше.