Читаем Палачи и киллеры полностью

Коноплева рассказала о своей беседе в июле 1918 года с Гоцем, который говорил: "Сейчас нужны террористические акты на Ленина и других… Партия эти акты если сейчас не признает, то она их позже признает". Коноплева также рассказала, что член ЦК партии Донской предложил Новикову, участвовавшему в покушении, написать воспоминания об этом с тем, чтобы оставить их в архиве партии. А позже, весной 1919 года, член ЦК партии Морозов приобрел карточку Каплан для партийного архива.

Когда Морозова спросили на суде, для чего ему понадобилась карточка Каплан, он сказал: "Я был секретарем, и все бумаги, которые имели касательство к партии, я всегда собирал".

Так эсеровские лидеры, официально отрицая причастность своей партии к покушению, фактически руководили им.

На суде установили, что Каплан стреляла из револьвера, данного ей Семеновым — командиром эсеровского "центрального боевого отряда". Вот почему в 1918 году Капитан упорно не отвечала на вопросы следователей о том, где она взяла браунинг.

Теперь стало понятно и то, почему у Каплан в портфеле находился железнодорожный билет Томилино-Москва.

Из показаний участников семеновского отряда выяснилось, что на даче в Томилино находилась конспиративная квартира отряда и там неоднократно бывала Каплан, приезжавшая из Москвы.

Верховный революционный трибунал после 50-дневного тщательного судебного разбирательства приговорил членов ЦК партии социалистов-революционеров А.Р.Гоца, Д.Д.Доского, Л.Я.Герштейна, М.Я. Гендельмана-Грабовского, М.А.Лихача, Н.Н.Иванова, Е.М.Ратнер-Элькинд, Е.М.Тимофеева, членов различных руководящих органов партии С.В.Морозова, В.В.Агапова, А.И.Альтовского, члена ЦК партии народных социалистов В.И.Игнатьева и членов "центрального боевого отряда при ЦК партии эсеров" Г.И.Семенова, Л.В.Коноплеву и Е.А Иванову-Иранову к расстрелу.

Десятерых подсудимых — ответственных деятелей партии эсеров, в том числе членов ЦК Д.Ф.Ракова, Ф.Ф.Федоровича и М.А.Веденяпина, а также непосредственных участников террористической и боевой деятельности партии эсеров П.Т.Ефимова, К.А.Усова, Ф.В.Зубкова, Ф.Ф.Федорова-Козлова, П.Н.Пелевина, И.С.Дашевского, Ф.Е.Ставскую — к разным срокам тюремного заключения. Двое подсудимых — Г.М.Ратнер и Ю.В.Морачевский — были оправданы. Вместе с тем, Верховный трибунал обратился в Президиум ВЦИК с ходатайством об освобождении осужденных Семенова, Коноплевой, Ефимова, Усова, Зубкова, Федорова-Козлова, Пелевина, Ставской, Дашевского и Игнатьева от наказания, так как нашел, что эти подсудимые заблуждались при совершении ими тяжких преступлений, а затем вполне осознали всю их тяжесть, поняли контрреволюционную роль партии эсеров, вышли из нее и из стана врагов рабочего класса.

Убийство М.С.Урицкого тоже было партийной загадкой для большевиков. Исполнитель этого преступления — Л.Каннегисер — был пойман, расстрелян, но возникал вопрос: кто его сообщники?

Как известно, в тот самый день, когда в Петрограде был убит М.С.Урицкий, 30 августа 1918 года, в Москве на заводе Михельсона Каплан стреляла в Ленина и тяжело ранила его.

Естественно было предположить, что совершенные в один день в Петрограде и Москве покушения представляют собою акты организованного террора и были подготовлены одной политической группой. При расследовании выяснилось, что Каплан в прошлом была анархисткой, затем эсеркой, а Каннегисер состоял в партии народных социалистов. Центральный комитет партии правых эсеров и другие социалистические партии выступают с официальными публичными заявлениям о том, что их организации не имеют никакого отношения к убийству М.С.Урицкого и покушению на жизнь В.И.Ленина. Еще раньше они заявляли то же по поводу убийства В.Володарского. Конкретных данных, опровергающих утверждения этих партий, ВЧК не имела.

Чрезвычайная комиссия обратила внимание на связи убийцы М.С.Урицкого с Филоненко. В сообщении Петроградской чрезвычайной комиссии указывалось, что Каннегисер являлся родственником Филоненко. Этот интерес к Филоненко не был случайным.

М.М.Филоненко, по образованию инженер, поручик царской армии. Он был человеком огромного честолюбия, склонным к авантюрам, Керенский назначил его военным комиссаром Временного правительства.

Материалы судебного процесса по делу эсеров выявили более подробные данные о личности Каннегисера. Как выяснилось, последний постоянно вращался среди антисоветские настроенных офицеров и юнкеров, участвовал в подпольных военных группировках, создававшихся в Петрограде.